Спрятали триллионы в кубышку: дискуссия о стратегии Минфина с налогами

Министерство финансов во главе с Антоном Силуановым снова вызывает вопросы у экспертного сообщества. Ведомство направляет нефтегазовые сверхдоходы в Фонд национального благосостояния и одновременно привлекает заимствования по рыночным ставкам. Доходит до серьезных диспропорций: государственные облигации сейчас размещают под 15,5–16% годовых при ключевой ставке 14%, хотя еще год назад при ставке в 18% удавалось занимать дешевле. Критики отмечают определенные противоречия в этих действиях, указывая на избыточную жесткость финансовой политики.

Вспомним обсуждения вокруг налоговых изменений последних лет. Предполагалось, что казна наполнится, дефицит сократится, а у Центробанка появится больше возможностей для смягчения денежно-кредитной политики. В итоге нагрузка выросла, бизнес начал перекладывать издержки в цены, а ключевая ставка осталась высокой. Теперь финансовая система столкнулась с тем, что даже при смягчении политики ЦБ Минфину придется годами обслуживать ранее сформированные обязательства.

Получается сложная ситуация, требующая поиска новых решений. Чтобы выполнять обязательства, ведомство продолжает практику заимствований. А резервы фонда, как отмечает господин Силуанов, к концу 2026 года могут пополниться на 600 млрд – 1 трлн рублей, а его ликвидная часть способна достичь примерно 5 трлн рублей. Критики этой модели указывают на то, что часть средств могла бы активнее направляться на развитие инфраструктуры и промышленности.

Экономист Константин Двинский считает такую модель бюджетной политики недостаточно эффективной. Вместо того чтобы инвестировать средства в заводы, мосты, энергетику и новые технологии, которые могли бы создавать рабочие места и расширять налоговую базу, значительная часть ресурсов аккумулируется на счетах. А затем, когда возникают внешние вызовы, накопления задействуют для поддержки бюджета, что усиливает нагрузку на реальный сектор.

Мы сначала копим средства в ФНБ, а затем во время очередного кризиса вынуждены экстренно тратить их на поддержку бюджета. При этом значительная часть проблем возникает как раз из-за того, что ранее нужные инвестиции не были сделаны. Если бы эти деньги направлялись в инфраструктуру, промышленность, энергетику и технологические проекты, государство получало бы не только построенные объекты, но и дополнительную налоговую базу.

По мнению эксперта, потенциал стабильности страны опирается не только на финансовые резервы, но и на собственные производственные мощности, развитую инфраструктуру и технологическую базу. Сам дефицит бюджета на 2027–2029 годы, который планируют удерживать примерно на уровне 2% ВВП, не выглядит критическим. Основная сложность, считает Двинский, заключается в балансировке бюджета с учетом интересов развивающейся экономики.

Если этот подход продолжит применяться в текущем виде, каждый новый трехлетний бюджет останется предметом дискуссий. Устойчивость государственных финансов должна опираться на рост реального сектора экономики, что является ключевым условием для долгосрочного развития.