Происшествия

Тайна гибели кузена Карла III: расследование, обвинения и трагедия

Анна Смирнова
Тайна гибели кузена Карла III: расследование, обвинения и трагедия
Фото: Ilya Grigorik / Wikimedia Commons (CC BY-SA 3.0) источник

В фешенебельном лондонском районе Чизик разыгралась трагедия, достойная пера классиков детективного жанра. В собственном особняке внезапно скончался 44-летний миллионер и банкир Николас Брандрам, связанный кровными узами с британской короной. Его тело нашли в доме в западном Лондоне, прибывшие на вызов медики лишь смогли констатировать смерть, а полиция назвала уход банкира скоропостижным и не связанным с криминалом — на месте не нашли ни следов насилия, ни признаков борьбы.

Покойный вовсе не был тихим аристократом, почивающим на лаврах предков. Потомок королевы Виктории, чьего отца в свое время крестил сам принц Филипп, успешно строил карьеру на острие риска. Бывший боевой офицер элитной Шотландской гвардии прошел через службу в горячих точках, после чего сменил армейский камуфляж на сшитые на заказ костюмы директора крупного банка. Но за внешним лоском успешного финансиста скрывались обстоятельства, которые в итоге и привели к фатальному исходу.

В кулуарах лондонского света за Брандрамом давно тянулся шлейф громких скандалов. Незадолго до трагической развязки миллионера задержали по делу о нападении, которое всколыхнуло всю Британию еще в 2017 году. Речь идет о происшествии на мосту Патни, где утренний бегун толкнул случайную прохожую под колеса двухэтажного автобуса. Тогда женщину спасла лишь феноменальная реакция водителя, успевшего выкрутить руль в долю секунды, и нападавшего безуспешно искали годами.

Финальный акт драмы развивался стремительно. Когда сыщики наконец вышли на след банкира с безупречной родословной, при обыске у него обнаружили запрещенные вещества, что привлекло внимание общественности к репутации аристократа. Брандрам вышел на свободу под залог, дожидаясь развязки дела, но до суда так и не дожил. В высшем обществе теперь гадают, не выдержало ли сердце миллионера стресса или груз надвигающегося разбирательства оказался для него слишком тяжелым испытанием.