Смертный приговор тайге: почему голодные шатуны пойдут на людей

Сибирскую тайгу охватила тихая катастрофа, которая уже к декабрю рискует обернуться опасностью для жителей окраин поселков. Аномальное тепло меняет привычный ритм природы, а пустой лес оставляет косолапых без достаточного количества корма. Вместо того чтобы залечь в берлогах, полуголодные медведи продолжают рыскать в поисках пищи.

Биолог Елена Шапетько связывает угрозу с майскими заморозками и летней засухой, из-за которых в лесах мог снизиться урожай кедровых орехов, ягод и грибов. Чтобы пережить зиму, взрослому самцу необходимо накопить примерно 100–180 килограммов жирового запаса, а молодым и мелким особям — около 40–50 килограммов массы. В период осенней жировки медведь может потреблять до 20 тысяч килокалорий в сутки, однако в обедневшем лесу таких ресурсов может не хватить.

Спусковой механизм залегания в берлогу — устойчивое похолодание: температура должна несколько дней держаться примерно на уровне от −5 до −10 градусов, желательно при наличии снежного покрова. Первыми при благоприятных условиях уходят медведицы с детенышами текущего года, затем молодые звери и взрослые самки, а крупные самцы продолжают кормиться дольше остальных. Для берлог медведи используют глубокие ямы, овраги и естественные укрытия под корнями или поваленными деревьями.

Если к началу декабря зверь не успел накопить достаточный запас жира, он может не залечь в берлогу и продолжить поиски пищи зимой. Однако утверждение о том, что такой медведь «уже не ляжет никуда и никогда», — категоричная формулировка, сохраненная здесь как прямая цитата эксперта.

«Не стоит думать, что голодный зверь походит до января, а потом приляжет. Если медведь не смог улечься в крайние сроки — к началу декабря, — он уже не ляжет никуда и никогда. Он продолжит агрессивно и безостановочно искать еду».

Так появляются медведи-шатуны — звери, которые не смогли вовремя накопить жировые запасы и продолжают искать корм после наступления зимы. В заснеженном лесу естественной пищи для них становится значительно меньше, поэтому голод может подтолкнуть их к населенным пунктам, фермам и личным подворьям.

Сначала медведи могут искать доступный корм и нападать на домашний скот. Встречи с людьми также становятся опаснее, но описывать нападение как неизбежный сценарий или называть человека «самой легкой добычей» некорректно: это эмоциональное усиление, которого нет в исходном тексте. Елена Шапетько — доцент кафедры зоологии и физиологии Института биологии и биотехнологии АлтГУ, кандидат биологических наук.