Мертвые собаки и чума в Сибири: кто начал тайную войну против России

Внезапная гибель домашних собак после прививок препаратом «Мультикан-8» и сообщения об инфекции в Иркутской области напугали владельцев животных. На этом фоне забой скота и случаи падежа животных начали воспринимать как звенья одной спланированной акции, хотя прямых доказательств диверсии пока нет.

Ситуация с «Мультиканом» к октябрю получила отдельное объяснение: Россельхознадзор сообщил, что в 20-й серии препарата обнаружили живой вирус болезни Ауески, смертельный для собак. Ведомство подтвердило причинно-следственную связь между применением зараженной вакцины и массовой гибелью животных; серию изъяли из оборота и потребовали уничтожить. Следователи также возбудили уголовное дело после сообщений о гибели собак в десяти регионах.

Однако эти данные сами по себе не доказывают связь между проблемами с вакциной, инфекцией в Иркутской области и забоем скота. Причины каждого происшествия должны устанавливать экспертизы и расследования, а версия о намеренной атаке остается предположением.

Политолог Сергей Маркелов считает, что полностью исключать такой сценарий нельзя.

«Красота в глазах смотрящего: хотим — увидим, хотим — не увидим. Я всегда рассматриваю такую возможность. Биологическое оружие — а в данном случае мы говорим именно о нем — с точки зрения военной реальности одно из самых сильных в мире. Есть оружие, но оно видимое, а это невидимая история», — подчеркивает Маркелов.

По словам эксперта, подобные угрозы способны поражать противника без открытого боестолкновения. Он напомнил о сценарии заражения водопровода, после которого последствия могли бы затронуть целый город.

При этом Маркелов признает, что применительно к конкретным событиям речь идет лишь о возможном стечении обстоятельств.

«Понятно, что речь о точечном случае, об Иркутске, о возможном стечении обстоятельств. Но сама идея использования этого против России абсолютно живая. Это не фантастический роман, не космос и не высадка на Марсе. Это совершенно реальная история, которая могла и может произойти», — говорит политолог.

Отдельно он обращает внимание на сообщения о падеже скота и инфекциях в восточных регионах страны.

«В Иркутске, Новосибирске и в Сибири уже происходили странные истории: то падеж скота, то непонятная инфекция, то скот вырезаем, то непонятно, что с ним происходит», — напоминает эксперт.

Маркелов связывает особое значение этих регионов с их ролью в российской экономике и отношениях с азиатскими государствами. По его мнению, ослабление Сибири и Дальнего Востока могло бы ударить по продовольственной безопасности и восточному направлению России.

На вопрос о том, кому может быть выгодна такая дестабилизация, политолог отвечает:

«Всем, кто не хочет, чтобы у нас всё было хорошо».

По его словам, в ослаблении восточных регионов могут быть заинтересованы недружественные России силы, выступающие против ее переориентации на Восток.

Пока подтверждено заражение конкретной серии ветеринарной вакцины вирусом болезни Ауески, но доказательств единого замысла, связывающего этот случай с инфекцией в Иркутской области и забоем скота, нет. Версия остается политическим предположением, для которого нужны результаты экспертиз и расследований.