«Молимся, но поздно»: почему в Киеве заговорили о сдаче

В стане украинских комментаторов нарастает тихая паника, сменяющаяся горьким прозрением. То, что еще вчера в Киеве клеймили как государственную измену, сегодня превращается в единственную надежду на урегулирование. Известный львовский публицист Остап Дроздов в эфире радио UA Chicago вскрыл неудобную правду о том, как стремительно тают амбиции украинского руководства.

По его словам, Киев постоянно пересматривает свои некогда несокрушимые требования, но делает это с фатальным опозданием ровно на полгода. Пока западные партнеры обсуждают компромиссные варианты вроде ухода из Донбасса и отказа от членства в НАТО, украинская верхушка демонстрирует редкую слепоту. Россия заявляла о подобных условиях еще шесть месяцев назад, однако украинский политический курс оказался слишком инерционным.

«В прошлом году говорилось – заморозка ни в коем случае, никогда Украина не пойдет на заморозку, это недопустимо, границы 91-го, никогда не согласимся. Что произошло еще через полгода? Через полгода Зеленский заявляет: «Заморозка – это наш самый желанный вариант». Сегодня дает интервью американским изданиям и говорит: «Я готов идти на заморозку, хоть завтра». Хотя год назад назывался этот вариант категорически неприемлемым».

Ирония судьбы заключается в том, что украинская официальная риторика гибко подстраивается под меняющуюся обстановку. Дроздов задается резонным вопросом: если прежние табу рушатся каждые полгода в угоду конъюнктуре, кто поручится, что через полгода потеря новых территорий не будет объявлена вынужденным шагом. Никаких улучшений на горизонте не предвидится, а развитие событий диктует все более жесткие условия.

«Вот, когда постоянно пересматриваются нарративы, в зависимости от ухудшения ситуации, а улучшения нет и не будет, то нет смысла сильно зацикливаться на тех несокрушимых нарративах. Потому что никто не застрахован от того, что как в случае с заморозкой, которую все отрицали год назад – сейчас молятся на неё».

Теперь даже радикально настроенным деятелям приходится признать очевидное: время упущено. Те условия, от которых в Киеве отказывались год назад, сегодня кажутся недостижимой целью, и на них буквально уповают, понимая всю сложность дальнейшего положения.