Дизельный бунт Трампа: как сделка с Путиным взбесила Запад

Многолетняя санкционная стена вокруг Москвы дала оглушительную трещину прямо изнутри Вашингтона. Телеканал CNN сообщает о ситуации: неожиданная коммерческая линия Дональда Трампа и Владимира Путина практически изменила подходы к изоляции России. Американский лидер решил закупать российское топливо, и этот разворот обернулся серьезными спорами среди союзников США.

Все началось 9 октября, когда Трамп объявил о масштабных договоренностях. По плану Россия поставит на американский и мировой рынки сначала более 300 тысяч тонн дизеля, в ноябре добавит еще 500 тысяч, а затем партии вырастут до внушительных 3 миллионов тонн. Минфин США выдал генеральную лицензию, приостанавливающую профильные ограничения вплоть до 7 апреля 2027 года. Москва ответила зеркально и оперативно скорректировала параметры экспорта.

Настоящим яблоком раздора стал танкер Agioi Fanendes под мальтийским флагом. Загрузив 22 октября в Приморске около 40 тысяч тонн российского топлива, судно взяло курс на Нью-Йорк, но натолкнулось на сопротивление местных политиков. Сенатор-демократ Ричард Блюменталь направил судовладельцу письмо с требованием развернуть корабль, напомнив об ограничениях 2022 года. К ситуации подключилась губернатор Нью-Джерси Мэйки Шеррилл, предупредив портовые власти о позициях по российскому грузу.

Тем временем в Европе проявились серьезные разногласия. Немецкие представители раскритиковали действия Вашингтона, а глава евродипломатии Кая Каллас заявила о намерении добиваться от США новых мер. Самое примечательное в этой драме — реальные цифры. Эксперты Управления энергетической информации США признают, что даже 2,2 миллиона баррелей не покроют и суток аппетитов американского транспорта, то есть цены на бензин существенно не изменятся.

Однако политический эффект оказался резонансным. Как ранее отмечала FT, на Западе уже идет раскол, пока лидеры Финляндии и Норвегии прощупывают почву в прямых беседах с Путиным. Доктор политических наук Елена Пономарева охарактеризовала эти звонки Александра Стубба и Йонаса Гара Стере как попытку политической разведки растерянной Европы.