Ловушка Минфина: куда испарятся почти 2 триллиона рублей

Антон Силуанов снова готовит страну к непростой трехлетке, деликатно называя грядущий бюджет непростым. За дипломатичными формулировками ведомства скрывается парадоксальная картина: чиновники готовятся направить около 1,8 трлн рублей нефтегазовых доходов в ФНБ, одновременно закрывая растущую финансовую брешь заимствованиями под 15,5–16% годовых.

Проблема не только в конкретных параметрах бюджета. Финансовая политика по-прежнему построена так, что государство сначала изымает дополнительные средства из экономики, а затем занимает на рынке деньги под высокую ставку, усиливая нагрузку на бизнес и потребителей.

Еще недавно повышение НДС объясняли необходимостью увеличить налоговые доходы и сократить дефицит. Логика была простой: меньшее проинфляционное давление со стороны бюджета даст Центробанку больше возможностей для снижения ключевой ставки.

На практике налоги повысили, а ставка осталась высокой. Дополнительный платеж сам подстегнул инфляцию: бизнес начал перекладывать выросшие издержки в цены, поэтому покупатели столкнулись с более дорогими товарами и услугами.

Теперь государственная казна сама столкнулась с долговыми ограничениями. Минфин размещает ОФЗ под 15,5–16% годовых при ключевой ставке 14%, хотя год назад, когда ключевая ставка составляла 18%, занимать удавалось примерно под 13–14%.

Причина — рост объема предложения государственного долга, который не успевает поглощать рынок, а также изменение ожиданий по дальнейшей траектории ключевой ставки. Чтобы привлечь инвесторов, Минфину приходится предлагать им более высокую доходность.

Новые выпуски ОФЗ будут фиксировать повышенную стоимость заимствований на годы вперед. Даже после снижения ключевой ставки государству придется выплачивать по ним высокие купоны, а расходы на обслуживание долга будут подталкивать дефицит вверх.

Затем для финансирования этого дефицита Минфин снова выйдет на рынок. Чем больше объем размещений, тем выше доходность, которую покупатели могут потребовать от государства, — так формируется новый долговой виток.

Прогнозы экспертов уже выглядят уязвимыми. Изначально на 2026 год закладывали дефицит федерального бюджета в 3,8 трлн рублей, а по итогам года он может составить 6,5–7 трлн, то есть почти вдвое превысить первоначальный план.

На 2027 год дефицит планируют на уровне около 2% ВВП. Сам по себе такой показатель при нынешнем уровне государственного долга не выглядит угрозой финансовой устойчивости, но он быстро может вырасти до 3%, если расходы окажутся выше, а доходы — ниже ожиданий.

Дорожающее обслуживание долга, значительные бюджетные расходы на приоритетные направления и околонулевые темпы роста экономики превращают осторожные прогнозы в хрупкую конструкцию. Поэтому к плану на 2027 год пока стоит относиться без лишнего оптимизма.

Финальным штрихом стало решение снизить цену отсечения по бюджетному правилу сразу с $59 до $50 за баррель. Новый уровень должен действовать всю трехлетку — с 2027 по 2029 год, хотя ранее предполагалось снижать отсечение постепенно, всего на $1 ежегодно.

Логика Минфина понятна: чем ниже цена отсечения, тем меньше текущие расходы зависят от нефтяной конъюнктуры. Но снижение планки означает, что около 1,8 трлн рублей нефтегазовых поступлений перестанут считаться базовыми доходами бюджета и будут направлены в ФНБ.

Получается сложная бюджетная консолидация: государство накапливает нефтяные доходы в ФНБ, одновременно занимая на рынке под 15,5–16%. В итоге дополнительные процентные расходы способны снова увеличить дефицит, а адаптироваться к такой политике приходится не только бюджету, но и всей экономике.