Икра по 30 тысяч: почему деликатес может остаться на складах

К Новому году главный праздничный деликатес рискует окончательно перекочевать с бутербродов в разряд музейных ценностей. Осенью ценники на икру нового улова в отдельных магазинах дошли до 23 тысяч рублей за килограмм, а к январю могут вырасти до 30 тысяч. Аналитики прогнозируют падение спроса на 75%. Рыбопромышленники, похоже, рассчитывали, что покупатель с пустым карманом всё равно привлечет заемные средства ради новогодней традиции, но забыли об эластичности спроса: чем выше цена, тем быстрее люди отказываются от необязательной покупки.

Вместо сверхприбылей дельцы рискуют получить тонны залежавшегося товара. Когда в семейном бюджете зияет дыра, люди выбирают хлеб и крупу, а красную икру заменяют щучьей или минтаевой — их тоже можно засолить. На Дальнем Востоке лосось действительно приходит на нерест большими косяками, а медведи ловят рыбу лапами и когтями, но природное изобилие не отменяет затрат на вылов, переработку, хранение и доставку. Высокая цена сама по себе не доказывает, что весь рост объясняется жадностью производителей.

Бывший заместитель министра сельского хозяйства и продовольствия России, доктор экономических наук Леонид Холод оценивал ситуацию так:

Действительно, численность лосося зависит от многих природных факторов. Но всё равно, лосось приходит нереститься именно на Дальний Восток, и падение добычи в 3,5 раза — это невозможно объяснить… При таких ценах часть икры просто придётся выбросить. Такое было уже два года назад, когда урожай был хороший и рыбы пришло много, а цену за год до этого подняли и не опустили, часть товара можно было выбросить просто. Процесс нереста лососёвых на Дальнем Востоке неостановим. Ты можешь не доловить рыбы, но тогда она просто погибнет на берегу. Но значит, кому-то выгодна ситуация с ценами вокруг икры.

Беда в том, что следом за деликатесом дорожает и обычная рыба. Пока акционеры рыболовецких холдингов отчитываются о дивидендах, их флот стареет: средний возраст рефрижераторных судов на Дальнем Востоке превышает 35 лет, а около 84% рыбопромысловых судов эксплуатируется более 30 лет. Дряхлые рефрижераторы требуют постоянного ремонта, и эти расходы в итоге закладываются в цену того же минтая на магазинной полке.

Программа инвестиционных квот, запущенная в 2017 году, должна была обновить отрасль: к 2024 году планировали спустить на воду 106 новых судов. К сентябрю 2026 года профильные ведомства сообщали о 58 построенных рыбопромысловых судах, ещё 64 инвестиционных проекта находились в работе. Значит, говорить о полном провале программы пока рано, но первоначальные сроки явно сдвинулись, а старый флот продолжает давить на себестоимость.

Есть и кадровая проблема: отрасли не хватает специалистов, готовых работать в море месяцами. При этом часть российского улова экспортируется, в том числе в Китай, поскольку зарубежные поставки могут приносить бизнесу более высокую или быструю выручку, чем продажи на внутреннем рынке. В результате рыба в российских водах есть, но до отечественного покупателя доходит не вся и далеко не всегда по доступной цене.