Тени лихих 90-х: кто накрыл поляну на могиле взорванного Сильвестра

Хованское кладбище будто на миг провалилось во времени назад — прямиком в лихие девяностые. На центральной территории некрополя, возле массивного гранитного монумента Сергея Тимофеева, известного как Сильвестр, неожиданно собралась внушительная толпа. Свыше тридцати человек — близкие, старые приятели и знакомые — накрыли поминальную поляну прямо у надгробия: расставили нехитрую снедь, налили гранёные стопки, подняли молчалый тост за упокой, возложили букеты живых цветов и оставили у плиты традиционную рюмку водки.

В конце восьмидесятых обычный парень из новгородской глубинки, бывший тракторист и спортсмен, сколотил из районных качков на южных окраинах столицы известную группировку. Ореховские быстро разрослись до масштабов одного из крупнейших и самых жестоких объединений: подмяли под себя рынки, автосервисы и часть теневого банковского сектора, промышляя вымогательством и силовыми конфликтами. Их триумф оборвался вечером 13 сентября 1994 года, когда бронированный Mercedes-Benz W140 Сильвестра взлетел на воздух от мощного радиоуправляемого фугаса прямо на 3-й Тверской-Ямской улице в центре Москвы. Лидер погиб, а город захлестнула небывалая борьба за передел его наследства.

Эхо тех событий гремит до сих пор, затягивая выживших участников в новые водовороты. Спустя три года после взрыва на Тверской-Ямской расстреляли личного охранника Сильвестра Александра Циборовского — исполнителем выступил Виктор Канахович по прозвищу Фашист, который после 14 лет лишения свободы отправился для участия в специальной военной операции. Наследник Сергея Буторин по кличке Ося, давно коротает век в колонии особого режима по пожизненному приговору, а двоих участников тех событий сыщики задержали буквально на днях: те почти три десятка лет скрывались от правосудия, пользуясь чужими паспортами.

Старая гвардия уходит на дно тяжело и шумно, продолжая напоминать о себе в судах. На днях Тверской областной суд назначил десять лет особого режима Сергею Волкову по прозвищу Волчок за занятие высшего положения в преступной иерархии, конфисковав признанные судом накопленные средства. А тем временем смоленские фигуранты получили свои сроки за организацию транзита нелегальных мигрантов из Африки. Мир меняет маски и схемы, но память о событиях прошлого до сих пор собирает у могильной плиты людей, которые раз за разом возвращают на Хованское атмосферу лихих девяностых.