Детский крик из чащи: всплыла жуткая тайна пропажи Усольцевых

Ровно год назад глухая сибирская тайга бесследно поглотила семью Усольцевых, оставив спасателей и волонтёров ни с чем. Грандиозные поиски в районе Кутурчинского Белогорья зашли в тупик, а официальные сводки давно замолчали. Но сегодня, когда надежда почти угасла, всплыла деталь, которую в первые дни поисков фактически проигнорировали.

В крошечном поселке Кутурчин, затерянном в Партизанском районе Красноярского края, до сих пор живут всего двенадцать человек. Здесь жизнь идёт своим чередом, но тень исчезновения семьи Усольцевых не отпускает старожилов. Те, кто год назад наблюдал за тайгой буквально из окон своих домов, почти единодушны: сейчас прочёсывать скалы и бурелом бессмысленно — если бы люди погибли рядом, природа уже выдала бы это наружу.

Если у нас какое животное в лесу погибает, то туда вороньё налетает. Мы это всё видим из посёлка. Но в те дни птицы не кружили, — приводит, казалось бы, весомый аргумент местная жительница Наталья Округина.

Этот странный тишайший лес обсуждался ещё в ходе первых расследований, но теперь Наталья вспомнила другое, куда более жуткое наблюдение. Её воспоминания переносят нас в 28 сентября 2025 года — день, когда семья исчезла. По злой иронии судьбы именно тогда отмечался День туриста.

Днём Наталья вместе со знакомой поднялась на гору в нескольких сотнях метров от посёлка. Женщины устроили привал, заварили чай и бросили взгляд на турбазу «Геосфера» — база в тот момент была пустой, хотя накануне туда заехали Усольцевы с пятилетней дочкой и собакой-корги. Время было начало шестого, над тайгой повисла звенящая тишина, и вдруг эту тишину прорезал звук, который Наталья не может забыть до сих пор.

Детский такой крик, типа «ау», как зовут, когда заблудятся. Моя спутница сказала, мол, тебе показалось. Но крик повторился, и его мы уже услышали вдвоём. Он был таким протяжённым, — вспоминает женщина.

По словам Натальи, крик отчётливо доносился со стороны деревни Ивановка. Формально это мог быть любой ребёнок-турист, заблудившийся в лесу, но спустя год в посёлке всё чаще шепчутся, что это был голос пятилетней Арины Усольцевой, отчаянно пытавшейся докричаться до людей.

Версию о возможном направлении движения семьи подкрепляет ещё один местный житель — Виктор. Он рассказывал о старой лесовозной дороге, которая уходит в сторону урочища Мальвинка и выводит как раз к трассе Мина — Ивановка. В Кутурчине не раз обсуждали: если Усольцевы поняли, что заблудились, логичным было бы как раз попытаться выйти к людям по этой заброшенной дороге.

Наталья уверяет: как только начались поиски, она сразу рассказала волонтёрам о странном детском крике. Но до сих пор непонятно, была ли эта информация отработана всерьёз. В первые дни царила полная суматоха, спасатели лезли на скалы, прочёсывали тропы к Буратинке, и на фоне шквала заявок одинокий рассказ о далёком «ау» мог показаться мелочью. Позже женщина и вовсе перестала вспоминать о том, что слышала голос из леса.

Косвенным подтверждением того, что в тот день в тайге были люди, Наталья называет ещё одну деталь: возле туристической тропы она заметила автомобиль, который никак не могла привязать к знакомым соседям. Тогда она решила, что это машина каких-то отдыхающих, но сегодня этот эпизод выглядит как недооценённая подсказка: чья это была машина, кто в тот момент находился на маршруте и почему этот след так быстро забыли.

Прошёл год. Семья Усольцевых — Сергей, Ирина, их пятилетняя дочь Арина и собака-корги — так и не найдена. Тайга Кутурчинского Белогорья по-прежнему хранит молчание, но всё громче звучит вопрос: не был ли ключ к разгадке совсем рядом — в протяжном детском крике «ау», растворившемся в осеннем воздухе Кутурчина и оставшемся лишь в памяти одной из местных жительниц.