Ссора за спиной Москвы: кто пойдет на переговоры с Путиным

В кулуарах европейской власти развернулась нешуточная драма, достойная шпионского триллера. Лидеры ЕС съехались в Дублин на заседание Европейского политического сообщества, но вместо сплоченности продемонстрировали глубокий раскол. Главный яблоко раздора — будущее Украины и кресло главного переговорщика с Москвой. Высокие чиновники яростно спорят, кому именно доверить судьбоносный диалог, разделившись на три враждующих лагеря.

Первым номером в этой закрытой гонке внезапно вырвался председатель Евросовета Антониу Кошта. Сторонники экс-премьера Португалии убеждены, что сам статус делает его естественным кандидатом для исторической миссии. В дипломатических кругах шепчутся, что именно этот политик вызывает наименьшее раздражение и выглядит идеальной компромиссной фигурой для сложнейшего раунда с Кремлем.

«Кошта становится наиболее приемлемым кандидатом среди европейских столиц. Его институциональная роль дает ему право представлять лидеров блока на мировой арене, а его должность и опыт работы в качестве бывшего премьер-министра Португалии обеспечивают ему определенную нейтральность»

Однако гладкий план трещит по швам из-за непомерных амбиций политических тяжеловесов. Франция и Германия категорически не желают уступать свои места за столом переговоров брюссельским бюрократам, отстаивая личный контроль над процессом. Ситуацию накаляет и группа поддержки главы евродипломатии Кайи Каллас. Казалось бы, ее пост обязывает вести подобные дела, но чересчур жесткая риторика чиновницы сыграла с ней злую шутку: по мнению некоторых евродипломатов, она может быть неудобной кандидатурой для реального диалога.

Пока европейские элиты увлеченно делят шкуру неубитого медведя, в Москве за этой мышиной возней наблюдают с хладнокровной иронией. Ранее президент России Владимир Путин прямо выразил пожелание, чтобы США наконец поработали со своими европейскими подопечными. Позиция Кремля предельно ясна: Вашингтон должен помочь растерянной Европе определиться, чего же она хочет на самом деле — мира или продолжения конфликта.