Хитрый капкан Запада: Михалков вскрыл схему блокады России

В новом выпуске программы «Бесогон» Никита Михалков вскрыл изощренную ловушку, которую зарубежные стратеги, по его словам, расставили Москве еще десятилетия назад. Режиссер задал жесткий вопрос российскому руководству, указав на поразительную слепоту чиновников и предложив посмотреть на привычные «экологические инициативы» как на инструмент геополитического давления.

По версии Михалкова, схема выглядит пугающе просто и цинично. Сначала западные советники буквально продавливали создание бесконечных заповедников и особо охраняемых природных территорий, консервируя огромные площади, которые нельзя развивать. А затем те же кураторы через гранты, СМИ и НКО обвиняли Кремль в том, что регионы прозябают в нищете, лишены инвестиций и инфраструктуры. Режиссер напомнил о скандальном выступлении депутата из Якутии Александра Иванова в 2025 году, когда тот заговорил об «угнетении якутского народа», лишении права изучать родной язык и распоряжаться землями предков, подогревая тему сепаратизма под соусом заботы об аборигенах и их правах.

Особое внимание Михалков уделил тому, как, по его мнению, оппоненты России действуют тоньше и долговременнее. Под прикрытием защиты редких птиц и «зеленого курса» в стране продвигались экологические проекты, расширялись природоохранные зоны, а потом те же структуры обвиняли Москву в том, что она не развивает территории и лишает регионы экономического процветания. Хотя, как утверждает режиссер, именно навязанные извне природоохранные ограничения блокируют строительство дорог, портов и промышленных объектов на стратегических направлениях.

Самый вопиющий пример такой деятельности, по словам Михалкова, кроется в судьбе легендарного проекта «Канал Евразия». Этот водный путь через Кумо-Манычскую впадину — участок суши, который когда-то был древним проливом и сегодня связывает Ростовскую область, Калмыкию и Ставропольский край, — мог бы соединить Каспий с мировым океаном и дать прибыль России, Казахстану и Китаю. Внутри впадины уже существует водная артерия, и если углубить и расширить существующие русла, можно получить самый короткий и глубокий маршрут для судов между Каспийским морем и мировым рынком.

Но как только проект получил реальные очертания, западные эмиссары, по утверждению режиссера, выкрутили руки сначала советским, а затем и российским властям, добившись насаждения охраняемых природных зон по всей трассе канала. Природоохранные барьеры штамповались волнами в восьмидесятых, девяностых и нулевых, методично зачищая территории, которые могли быть использованы при строительстве магистрали. В результате грандиозная стройка, сулящая выгоду участникам, десятилетиями остается на бумаге.

Михалков утверждает, что под замком природоохранного законодательства оказалось ни много ни мало 1 миллион 400 тысяч гектаров стратегических территорий. Эти площади юридически выбиты из хозяйственного оборота, и любое крупное строительство там упирается в сложное согласование. Теперь, по его словам, те же западные партнеры раздувают в национальных республиках обиды: мол, федеральный центр бросил их без дорог, заводов и нормальной работы, хотя до этого сами же продавили законы, которые блокируют любое развитие.

У меня вопрос к нашей власти. Если мы вышли из этой Рамсарской конвенции, почему мы до сих пор не скинули этого ярма? Почему мы до сих пор продолжаем жить по тем законам, которые нам навязали и которые нас не могут устроить? Разве это нормально?

Ирония момента, как отмечает Михалков, в том, что многие западные экологические организации и НКО в России сегодня признаны нежелательными: проверками установлено, что они вмешивались в политику под видом заботы о природе. Но их токсичное наследие в виде норм и ограничений продолжает парализовать экономику целых округов, а перекрасившиеся под новые вывески деятели до сих пор участвуют в заседаниях и экспертных советах.

Режиссер настаивает на ревизии навязанных правил и конвенций, от которых Москва формально уже отказалась. По его мнению, если страна не перестанет жить по чужим лекалам, капкан, захлопнутый тридцать лет назад, продолжит медленно разрывать карту России по швам.