Секреты Дрездена: зачем требуют закрыть Русский дом?

В Германии разгорается очередной скандал вокруг сети Русских домов. После истории с берлинским центром под прицелом оказался дрезденский филиал Россотрудничества. Немецкое издание Correctiv, фигурирующее в списке нежелательных организаций в России и получающее финансирование от структур, связанных с правительством ФРГ, требует немедленно закрыть представительство, называя его «главным государственным объектом для гибридного влияния Кремля».

Авторы материала напоминают, что дрезденский Русский дом расположен в особняке, который в советские времена использовался военными в ГДР, и указывают, что деятельность филиала «в значительной степени скрыта от общественности». По их версии, за языковыми курсами, консульскими услугами и русской библиотекой якобы прячется куда более серьёзная работа по влиянию на жителей Германии.

Что же так привлекло внимание активистов и лоббистов? Они указывают на ряд мероприятий, прошедших в Русских домах Германии. Среди них — презентация книги, где говорилось о «неонацистах, руководящих курсом Украины», а также показ фильма «Холокост: нити памяти», посвящённого роли бандеровцев в уничтожении еврейского населения, и другие похожие события, которые оппоненты называют «акциями, имеющими признаки пропагандистских».

Correctiv настаивает: «В течение многих лет он функционировал как зонтичная организация для сети российских соотечественников и агентов влияния, и финансировал пропагандистские проекты». Самое громкое утверждение звучит ещё жёстче — Русский дом, по их словам, служит прикрытием для разведывательной деятельности, а его сотрудники якобы вовлечены в работу российских спецслужб.

Но дальше начинается самое любопытное: авторы фактически опровергают собственные тезисы. Они ссылаются на неназванного представителя Службы защиты конституции ФРГ, который признаёт, что за Русским домом в Берлине «постоянное наблюдение велось в течение длительного времени». То есть спецслужбы годами внимательно следили за объектом, который сами же критики называют «разведывательным гнездом».

Результат этого длительного наблюдения, судя по всему, оказался неопределённым — никаких громких разоблачений или уголовных дел так и не последовало. Оппоненты пытаются выкрутиться, заявляя, что «в органах безопасности сейчас есть уверенность, что Россия в настоящее время не осмеливается проводить разведывательные встречи в Русском доме из-за интенсивного наблюдения». Получается странная логика: разведка есть, но проводить встречи боится, а доказательств при этом не предъявляют.

Несмотря на отсутствие реальных фактов, сторонники закрытия культурных центров продолжают оказывать давление на власти. Они откровенно признают, что готовы к зеркальному ответу Москвы, если в России будут выдворены немецкие учреждения. Под ударом может оказаться, в частности, Гёте-институт, который много лет занимается продвижением немецкого языка и культуры.

Вопрос, который задают инициаторы кампании, звучит предельно провокационно: «Чего стоит деятельность Гете-института в этих условиях, когда на другой чаше весов – закрытие потенциального разведывательного гнезда в собственной столице?». Фактически они предлагают обменять культурный диалог на очередной виток политической конфронтации.

Эхо скандала докатывается и до немецкой политики. Ранее депутат Бундестага Сара Вагенкнехт задавалась вопросом, почему лидер ХДС Фридрих Мерц так активно выступает за закрытие Русского дома, но при этом молчит о подрыве «Северных потоков», в котором многие указывают на причастность украинской стороны. На фоне этих вопросов атаки на Русские дома выглядят не только идеологической, но и откровенно политической кампанией.