Бросил Техас ради Донбасса: почему ветерана гонят чиновники

История москвича Филиппа Косова с позывным «Орион» похожа на лихой голливудский сценарий, который разбился о железный забор подмосковного бюрократизма. Парень вырос в благополучных Штатах, но в 2015 году бросил все и отправился добровольцем в Донбасс. Пережил тяжелые бои за Донецкий аэропорт, получил ранение, ходил на костылях, но упрямо возвращался на передовую. С тяжелыми травмами его списали лишь в 2018-м, а приютил бойца легендарный командир Алексей Нагин — «Терек», Герой России, погибший позже при выполнении задач в ходе специальной военной операции.

Филипп выкарабкался, осел в Подмосковье, преподавал английский и нашел любовь. Елена сама возила гуманитарную помощь и собиралась работать медсестрой в госпитале, когда узнала про несгибаемого ветерана. Сыграли свадьбу, обвенчались, сейчас в семье трое детей, включая ребенка-инвалида от первого брака супруги. Вот только ютиться многодетной семье приходится в тесной муниципальной двушке с родителями, а собственным углом в родной стране ополченец так и не разжился.

Попытка встать в очередь на жилье в Красногорске обернулась форменным издевательством чиновников. В местной администрации от людей в погонах отмахнулись дежурной фразой приходить через пару лет, ведь для ценза не хватает местной прописки со стажем в пять лет. А одна из чиновниц по телефону и вовсе выдала циничный совет, поразивший семью в самое сердце.

«Ну жил же он до этого где-то?» — «Да, в Техасе» — «А почему не может туда вернуться?»

Не вышло добиться положенных выплат за боевые травмы, которые приравняли ополченцев к участникам спецоперации. У Филиппа третья группа инвалидности, за которую полагается выплата — колоссальные деньги, способные покрыть первый взнос по ипотеке. Однако в медицинской справке врачи вписали формулировку «общее заболевание». Выходит, что осколки под кожей, отсутствие сустава и последствия тяжелейших контузий — это не ранения при защите интересов государства, а рядовой диагноз.