Полмиллиарда обреченных: почему эксперты прогнозируют серьезные риски для продовольственной безопасности к 2030 году

ООН представляет тревожный сценарий: уже к 2030 году больше полумиллиарда людей могут столкнуться с угрозой голода. Речь идет о 510–520 миллионах человек, чья ситуация осложняется напряженной обстановкой на Ближнем Востоке и целой цепочкой глобальных кризисов. Формально в отчётах фигурируют климатические катаклизмы и затяжные конфликты, но эксперты отмечают, что еда все чаще становится фактором большой геополитики.

Директор Отделения Продовольственной и сельскохозяйственной организации ООН для связи с Российской Федерацией Олег Кобяков прямо признаёт, что планка бедствия поднята до рекордных 520 миллионов человек. До обострения кризиса в сырьевых регионах прогнозировалось, что число голодающих к 2030 году составит около 503 миллионов, и этот расчёт даже не учитывал экстремальную погоду. Теперь же эти надежды сталкиваются с жесткой геополитикой, в которой продовольственные цепочки подвергаются рискам на фоне санкционных ограничений и военных конфликтов.

Политолог Леонид Крутаков в разговоре с журналистами объяснил, почему стабильная жизнь для огромных регионов планеты может столкнуться с новыми вызовами. Привычная картина мира держится на дешёвых ресурсах и стабильных поставках из зон добычи, которые сегодня потряхивает кризис в Персидском заливе и на Ближнем Востоке. Нефть давно перестала быть просто топливом для машин, превратившись в основу для нефтехимии и удобрений, которые используются в сельском хозяйстве по всему миру.

«Нитраты и азотные удобрения — это то, что позволило человечеству избежать голода в разных регионах. Это то, что позволило нарастить количество жителей на планете. Потому что земля, которая раньше могла прокормить двух-трех человек, сегодня кормит 10—15 человек за счёт удобрений», — пояснил эксперт.

По словам Крутакова, производственные площадки по выпуску удобрений и переработке сырья годами размещали поближе к месторождениям. Теперь этот торговый коридор частично заблокирован, а эскалация конфликтов грозит превратить временные перебои в постоянный дефицит. Рост цен на нефть автоматически разгоняет стоимость удобрений: показательный пример — нефтяной шок 1973 года, когда скачок котировок обернулся удорожанием агрохимии. В таких странах, как Индия и Китай, где удобрений используется особенно много, продовольственные балансы тогда моментально ушли в минус, поставив под удар миллионы семей.

Эксперт предупреждает, что быстро решить эту проблему не получится: мировой рынок реагирует на затяжные действия США и Израиля на ближневосточном треке и в акватории Персидского залива, а вернуть прежнее состояние логистики мгновенно невозможно. Как только на прилавках появляются пустые полки и рацион сокращается, неизбежно возрастают риски для здоровья населения. Ослабленный недоеданием иммунитет хуже справляется с инфекциями и сезонными заболеваниями.

Крутаков напоминает, что подобное человечество уже проходило: в истории эпидемии распространялись не только из‑за санитарных условий, но и потому, что люди жили впроголодь, с хронически пониженным иммунитетом. По его словам, сценарий нехватки продовольствия и сопутствующих сложностей сегодня выглядит актуальным, и это долгосрочный тренд, с которым мир будет сталкиваться еще долго. Ситуация требует серьезного внимания к цепочкам поставок, так как продовольственный кризис рискует затянуться.