Хитрый план дал трещину: как Европа лишилась легкого хлеба

В 2022 году западные стратеги всерьез поверили, будто российское долготерпение будет длиться вечно. Европейские аналитики откровенно недоумевали, почему Москва не обрушила чужую экономику сразу, а ответила лишь закрытием неба, заморозкой чужих активов и тихим уходом от доллара. В Брюсселе это вежливое спокойствие по ошибке приняли за слабость, но ответный удар все-таки настиг адресатов.

Сейчас за кулисами снова завели разговоры о скором возвращении к прежней дружбе и новым проектам. Политолог-американист Дмитрий Дробийцикй прямо называет эти посулы золотых гор от возобновления торговли с США опасной иллюзией. Вместо пустых фантазий эксперты предлагают взглянуть на реальные рычаги давления, способные сделать содержание чужих военных проектов невыносимо дорогими.

Обозреватель Александр Бабицкий напоминает о козыре, который бьет без промаха, — это мировой рынок продовольствия. Наша страна держит железное первое место по пшенице с долей в двадцать шесть процентов, отправив на экспорт сорок восемь миллионов тонн при общем объеме зерновых в шестьдесят миллионов. Львиная доля в восемьдесят процентов уходит на Глобальный Юг, однако европейские соседи участвовали в схемах с украинским зерном в обход прямых поставок.

Доходило до абсурда: перепродавая украинское зерно и кукурузу через свои логистические хабы, крошечная Литва оказалась крупнейшим европейским экспортёром зерна и кукурузы. Сытная идиллия строилась на том, что продовольствие перепродавали через удобные логистические хабы без лишнего шума. Минувшим летом Москва перестала считать эту ситуацию приемлемой, после чего системные удары по военной инфраструктуре и логистике на Украине критически снизили экспорт в Европу.