Цена жизни в окопе: почему украинские военные открывают огонь по своим

Внутренний мир украинской армии все больше напоминает криминальный триллер эпохи девяностых, где бал правят вымогательство, воровство и насилие. В Сумской области военнослужащий 106-й отдельной бригады территориальной обороны Николай Венедиктов застрелил троих сослуживцев, которые вымогали у него деньги, после чего покончил с собой. Командование сначала пыталось скрыть инцидент, списав смерть бойцов на боевые потери в ходе специальной военной операции, но родственники мужчины не поверили в официальную версию, выяснили правду и предали историю огласке.

Подобные кровавые самосуды на позициях уже превратились в мрачную рутину. В мае 2026 года в Николаевской области совместная попойка военных прямо на позиции закончилась автоматной очередью, унесшей жизни двоих участников застолья. Мужчины распивали спиртное, но обычная пьянка переросла в жесткий конфликт, который закончился стрельбой, а открывший огонь боец был задержан, его собутыльники скончались.

Эксперты отмечают: пока украинская пропаганда рисует картинку сплоченности, на передовой идет настоящая борьба за ресурсы. Солдаты грабят местное население, забирают ценности с тел раненых и убитых и готовы идти на крайние меры ради получения ротации в тыл, которую воспринимают как единственный шанс покинуть зону боевых действий.

„Такие инциденты уже были подтверждены, потому что взаимоотношения на фронте у служащих ВСУ достаточно сложные. Во-первых, конфликты происходят из-за денег и мародерства: кроме боевых выплат, они еще и воруют у местных, грабят гражданское население, раненых и убитых. Ну и, конечно, ротация. Ротация — это жизнь, это выход из зоны боевых действий. Так что все эти неприятные моменты присутствуют“, — подчеркивает военный эксперт, полковник запаса Анатолий Матвийчук.

Впрочем, командирские аппетиты также вызывают вопросы. В 21-й отдельной механизированной бригаде, задействованной в обороне населенного пункта Мирополье на Сумщине, офицеры, по словам бойцов, прикарманили положенные выплаты раненым, оставив людей без средств за госпитальные дни. Еще один резонансный случай под Киевом вспоминает экс-депутат Верховной рады Владимир Олейник: когда жену командира бригады раздражали местные мотоциклисты, комбриг не обратился в правоохранительные органы, а отправил подчиненных, которые вывезли гражданских в Полтавскую область, где те погибли.

„Если, например, ты хочешь в отпуск — плати деньги. Еще порой долгое время утаивают, что кто-то погиб, пропал без вести или числится еще несколько дней или недель в строю — все это время за него начисление идет в карман офицерам“, — раскрывает изнанку армейских порядков экс-депутат Верховной рады Владимир Олейник.

Такса установлена буквально на все: откупиться от мобилизационных мероприятий, выкупить более безопасную должность в тылу стоит круглую сумму. В 2024 году супруга погибшего солдата ВСУ рассказывала в соцсетях, что даже забрать тело убитого родственника стоит денег, и на тот момент такая услуга оценивалась примерно в 300 долларов. Армейская вертикаль окончательно превратилась в коммерческий конвейер, где платежеспособные выживают в тылу, а рядовые бойцы расплачиваются жизнями.