Происшествия

Три месяца брака и миллионы: Бастрыкина просят найти черную вдову

Дмитрий Орлов
Три месяца брака и миллионы: Бастрыкина просят найти черную вдову
Фото: duma.gov.ru / Wikimedia Commons (CC BY 4.0) источник

Пенсионерка в инвалидном кресле на кладбище у свежей могилы сына просит главу СК Александра Бастрыкина о проверке обстоятельств. Жительница Ростовской области Елена Пугачева уверена, что ее 29-летний сын Владислав пал жертвой циничного брака по расчету. Парень отправился в зону проведения специальной военной операции, а вскоре после скоротечной переписки в соцсетях внезапно женился на 30-летней эффектной даме с ребенком. Свадьбу не играли: бойца отпустили всего на четыре часа, чтобы поставить штамп в паспорте.

Совместного быта у молодых не было ни дня, ведь новоиспеченный муж остался выполнять задачи службы, а его супруга уехала в Каменск-Шахтинский. Спустя три месяца Владислав погиб при выполнении задач в ходе специальной военной операции, но родным об этом сообщили далеко не сразу. Целых полгода боец числился пропавшим без вести, и ровно в это же время с его банковских счетов начали методично исчезать деньги. Доступ к карточке имела супруга, оформившая на себя доверенность.

Сестра погибшего Ольга Ладик узнала скандальные подробности о его супруге. Оказалось, что сотрудница МРЭО скрыла от жениха два предыдущих брака, каждый из которых длился меньше полугода. Третьему супругу довелось пережить роспись всего на девяносто дней. После вскрывшейся правды в семье вспыхнул конфликт, а вскоре после этого бойца направили на передовую.

Мать погибшего безуспешно обивала пороги инстанций, требуя выяснить судьбу средств с карты ее сына. Полиция вынесла отказ в возбуждении уголовного дела, прокуратура отменила это решение, но расследование затянулось. Теперь отчаявшаяся мать уповает на председателя Следственного комитета, требуя проверить законность финансовых операций.

Мой сын погиб, защищая Россию, а я вынуждена просить государство проверить все эти обстоятельства. Я больше никогда не услышу его голос. Для меня это боль, с которой я буду жить до конца своих дней. Но самое страшное, Александр Иванович, что даже после смерти сына я не могу добиться справедливости.