Полтора года под землей: как семья с детьми находилась в зоне проведения специальной военной операции

Эту историю в пункте временного размещения в Донецке слушают затаив дыхание. Семья из восьми человек полтора года прожила в подвале на границе Днепропетровской области и ДНР, опасаясь принудительной эвакуации детей украинскими силовиками. В середине сентября российские военнослужащие и волонтеры начали трехдневную операцию по ее вывозу, однако украинские военные вели обстрелы районов, где приходилось прятаться взрослым и детям.

В пункт временного размещения супруги Алексей и Катерина вошли вместе с четырьмя детьми и бабушкой Ириной. Младшие дети почти не разговаривают с незнакомыми и по-прежнему тяжело реагируют на происходящее. Старшая дочь Соня пережила особенно сильный стресс: при ней не раз происходили опасные инциденты, в том числе гибель людей, с которыми она успевала подружиться.

«Заходили в подвал детьми, а вышли взрослыми. Мы бы ни за что и не уехали, если бы не “Баба-яга”. Но бойцы сказали: раз прилетела “Яга”, точно надо уходить», — рассказывает бабушка Ирина.

Оставить хозяйство семье было тяжело. Дома остались девять коров, а также кошки и собаки: котам оставили полуоткрытую дверь, но собак отвязать не успели. Когда соседка попыталась сходить за животными, по этому району начали наносить удары.

У Сони в подвале жили волнистые попугаи, крыса, шиншилла и хомяки. Девочка рассказывала, что кот цапнул хомячка, мышь покусала крысу, одного попугая съела мышь, а второй после этого заскучал и умер. За три дня до сброса боеприпасов внезапно погибла попугай-корелла: птица села Соне на руку и умерла.

Корм для животных приходилось просить у российских военнослужащих. По словам семьи, бойцы привозили его и не отказывали в помощи.

В селе работало подразделение украинской Нацполиции, занимавшееся эвакуацией детей. Семья опасалась разлучения и старалась не попадаться на глаза. Несмотря на большой состав семьи, ее долго не находили.

Особое внимание к Ирине со стороны украинских силовых структур появилось еще в 2014 году. Сотрудники ведомств приходили к ней домой, применяли физическое воздействие и запугивали. В другой раз женщину поставили к стенке, угрожая расстрелом; после этого она еще долго вздрагивала, увидев похожую машину.

На вопрос, почему семья не уехала вглубь Украины, родственники отвечают категорично: не хотели оставаться на территории, подконтрольной Киеву. По словам Ирины, русскоязычных детей в школе притесняли, а Руслана называли оскорбительными прозвищами. Семья также утверждает, что за русскую речь в общественных местах могли применяться штрафные санкции.

Младшие дети родились уже после 2014 года в Донбассе: Руслан — в 2014 году, Ваня — в 2017-м, Полина — в 2018-м. Даже когда семья задумывалась о переезде, ей казалось, что подходящего момента ещё нет.

В 2023 году от принудительной эвакуации Катерину с детьми спал большой подвал. На время они перебрались к родственнику в соседнее село, пока сотрудники силовых структур Украины разыскивали Катерину. По словам семьи, украинские военные несколько месяцев не отступали и подговаривали соседей сообщать о родственниках; позднее те якобы признавались, что получали деньги за доносы.

Осенью 2023 года в доме разместились военнослужащие ВСУ. Их командир, по словам Ирины, относился к мирным жителям сдержанно, однако подчиненные, которых семья называла бывшими заключенными, создавали тяжелую обстановку. Они рассказывали о своем прошлом и совершенных правонарушениях.

Сначала военные предлагали помочь по хозяйству, но семья держалась отстраненно и отказывалась. После этого отношение к жильцам изменилось. Однажды подвыпившие военнослужащие зашли на кухню, где Ирина готовила еду внукам, и между ними началась ссора, переросшая в драку.

В этот момент на кухню вошла Соня. Мужчины отвлеклись от потасовки, и это позволило избежать дальнейшего развития конфликта. Позднее семье пришлось несколько раз менять укрытия, пока в середине сентября российские военнослужащие и волонтеры не вывезли ее в Донецк.