Идеальный муж стер семью ради спасения душ, но попался скульптору

Летом 1989 года агенты ФБР нагрянули в тихую бухгалтерскую контору под Ричмондом и надели наручники на примерного семьянина Роберта Кларка. Мужчина возмущался и клялся, что вышла чудовищная ошибка, но у него были дом, жена, церковная община и безукоризненная репутация — не было только прошлого.

Сходство скромного клерка с гипсовым бюстом, который показали по телевизору всего за одиннадцать дней до облавы, было пугающим. Скульптор никогда в жизни не видел беглеца: мастер просто взял старые снимки почти двадцатилетней давности, состарил лицо, добавил возрастные морщины, редеющую шевелюру и старомодные тяжелые очки — и попал в цель.

За чужим именем почти два десятилетия прятался Джон Эмиль Лист. В далеком ноябре 1971 года этот набожный бухгалтер хладнокровно расправился со всеми домочадцами в особняке в городке Уэстфилд в штате Нью-Джерси, где когда-то был образцовым отцом семейства.

Первыми пули получили его жена Хелен и престарелая мать Альма. Затем педантичный глава семейства дождался из школы младших сыновей, тринадцатилетнего Фредерика и пятнадцатилетнего Джона, за игрой которого отец еще днем спокойно наблюдал с трибуны школьного стадиона.

Последней погибла шестнадцатилетняя Патриция, чье внезапное исчезновение из театрального кружка спустя несколько недель и заставило знакомых забить тревогу и соседей вызвать полицию. Они давно не видели хозяев, замечали, как свет в комнатах один за другим гаснет из-за перегоравших ламп, но внутри никто не двигался.

Картина, открывшаяся оперативникам в промозглом доме, напоминала декорацию к триллеру. В пустых комнатах играла тихая музыка через систему внутренней связи, холод сковывал коридоры, а на полу в кладовой виднелись засохшие пятна, похожие на кровь.

За тяжелой занавеской скрывался бальный зал, где четыре тела аккуратно лежали на спальных мешках — жена и трое детей. Пятое тело, убитую мать, заботливый сын оставил на третьем этаже, подальше от остальной сцены семейной бойни.

Джон предусмотрительно выкрутил термостат на минимум, предупредил молочника и учителей о якобы семейном отъезде и даже остановил доставку свежей прессы, рассчитывая выиграть как можно больше времени форы. Он заранее понимал, что погибших рано или поздно найдут, и ему был нужен только запас времени, чтобы исчезнуть.

Перед побегом бухгалтер проявил профессиональную дотошность и разложил на столе идеальные инструкции для тех, кто придет после него. На ящиках пестрели указания, где лежат страховки, ключи и бумаги для страховщиков, пастора и тех, кто будет распоряжаться имуществом семьи.

Рядом покоилась исповедь на пяти страницах, адресованная священнику. В ней автор на полном серьезе объяснял кровавую резню долгами, финансовыми проблемами и страхом перед духовным падением родных; он искренне считал, что отправил близких на небеса ради спасения их душ от нищеты и позора.

После этого Лист бросил авто у аэропорта имени Джона Кеннеди, где машина простояла с 10 ноября, и растворился в воздухе. Почти восемнадцать лет он жил под маской Роберта Кларка, тихого бухгалтера и религиозного семьянина, пока собственное лицо не выдало его скульптору и телекамере.