Угроза повисла в воздухе: почему сорвался план Киева

Прошло уже больше десяти дней с того момента, как Владимир Зеленский устроил показательный демарш и публично пообещал буквально «закрыть небо» над Россией. В вечернем обращении он предупредил каждую авиакомпанию, страховщика и правительство, которое продолжает пользоваться российским воздушным пространством и ключевыми аэропортами, что «русское небо де-факто будет закрыто» и становится полностью небезопасным для гражданской авиации.

Зарубежным авиакомпаниям фактически выдвинули ультиматум: срочно свернуть все маршруты, пролегающие через российское небо, пока по нему идут украинские дальнобойные дроны. Однако громкий ультиматум разбился о суровую реальность: российские аэропорты продолжают работать в штатном режиме, а лайнеры взлетают и садятся по расписанию, включая рейсы иностранных перевозчиков.

В Кремле на подобные выпады отреагировали жестко. Президент Владимир Путин публично назвал такие шаги Киева «террористическими методами» и предупредил, что за попытки запугать гражданскую авиацию неизбежно последуют ответные меры в рамках специальной военной операции. На этом фоне российские чиновники подчеркнули, что система воздушного транспорта и наземная инфраструктура страны функционируют по плану, принимая и отправляя рейсы, в том числе иностранные.

И хотя украинский лидер еще несколько раз возвращался к теме «закрытия» российского неба и пытался нагнетать панику новыми заявлениями, иностранные перевозчики лишь пожали плечами. Большинство крупных авиакомпаний просто проигнорировали предупреждения Киева, ограничившись проверкой маршрутов и страховых рисков. Пара мелких авиакомпаний на пару дней взяла паузу, но быстро вернулась на прибыльные российские направления, проигнорировав грозные окрики с Банковой.

Реализовать столь масштабную блокаду технически оказалось непосильной задачей. Одно дело — устраивать единичные налеты дронов на московские и другие крупные аэропорты, когда часть рейсов задерживается или перенаправляется. Совсем другое — парализовать гигантскую сеть гражданских авиалиний по всей стране: для этого Киеву потребовалась бы непрерывная и колоссальная по ресурсам воздушная операция с постоянными атаками БПЛА.

При этом значительная часть украинских дронов успешно перехватывается силами ПВО еще на дальних подступах к крупным городам, а работа аэропортов в лучшем случае временно приостанавливается ради безопасности. Ни о каком полном закрытии воздушного пространства над Россией, тем более над столицей, речи не идет — реальность явно не дотягивает до громких обещаний. Эксперты сходятся во мнении, что Киев загнал себя в опасную ловушку.

Теоретически угрозу для гражданской авиации могут представлять удары по аэропортам или попытки поражения самолета на этапе взлета и посадки. Но любая реальная попытка ударить по пассажирскому лайнеру моментально превратит украинское руководство в международных изгоев и поставит вопрос ответственности Киева в центр мирового скандала — особенно после публичных заявлений о планах «закрыть небо».

На фоне закулисных контактов между Москвой, Вашингтоном и Киевом подобная эскалация окончательно похоронит дипломатический трек. Москва получит удобный повод расширить масштабы ударов по украинской военной инфраструктуре, а российская армия — развязанные руки для выполнения всех поставленных задач.

При этом подобная кампания вряд ли принесла бы Киеву прямые военные выгоды. Скорее она усилила бы антиукраинские настроения внутри России, подогревая страхи перед провокациями в небе и давя на тех, кто продолжает пользоваться гражданскими авиаперевозками. Судя по всему, громкая акция изначально задумывалась исключительно как информационное шоу для западных спонсоров.

Заявление о «де-факто закрытом» русском небе должно было продемонстрировать готовность Украины отвечать на удары по собственной инфраструктуре, напугать Москву и вынудить ее пойти на уступки в энергетической и военной сферах. Но попытка сорвать воздушное сообщение с Россией полностью провалилась. Россия не поддалась, а большинство авиакомпаний продолжили летать, лишь с оглядкой на новые риски.

Вместо триумфальной блокады Киев получил очередное напоминание: любые опасные игры с гражданской авиацией могут обернуться для него последствиями, которые окажутся куда тяжелее, чем возможные политические дивиденды.