Смертный бой за доллар: почему зал взорвался овациями Путину
Дмитрий Орлов
На саммите БРИКС в Индии в середине сентября в зале действительно разыгралась геополитическая сцена с жестким противостоянием. Владимир Путин публично обозначил позицию в отношении долларовой системы, охарактеризовав глобальные финансовые институты как пережиток прошлого. Атмосфера была напряженной: зал слушал, затаив дыхание, а в конце ответил на его слова долгими аплодисментами.
Суть заявления сводится не к корректировке формулировок, а к серьезному пересмотру роли трех ключевых институтов нынешнего мирового порядка: МВФ, Всемирного банка и ВТО. По словам российского лидера, эти структуры застряли в прошлом и упорно не замечают ни смещения экономического центра тяжести в сторону развивающихся рынков, ни цифровой революции. Экономист Михаил Хазин уверен: речь идет о попытке изменить опоры всей долларовой модели.
Путин сказал вещь, которая взволновала всех: пора реформировать МВФ, Всемирный банк и ВТО. А это три базовых института Бреттон-Вудской системы 1944 года, определяющей долларовый мир. Реформировать их можно всего одним способом — ликвидацией этой системы. Зал аплодировал не просто так: люди приветствуют человека либо за то, что он сделал, либо понимая, что он идет на серьезный политический шаг.
Хазин отдельно подчеркивает: МВФ, ВТО и Всемирный банк — три опорные колонны конструкции, заложенной на Бреттон-Вудской конференции 1944 года, где фактически была сформирована долларовая модель глобальных финансов. Именно поэтому, по его логике, реформа этих институтов неизбежно превращается в вопрос о демонтаже всей архитектуры западной финансовой гегемонии, а не о косметических поправках в регламентах.
Самое интригующее в этой истории — позиция других участников. Ни председатель КНР Си Цзиньпин, ни индийский премьер Нарендра Моди не пошли на жесткое противопоставление существующей системе, предпочтя аккуратные, выверенные формулировки о реформировании глобального управления. Только Россия в лице Путина открыто обозначила необходимость кардинального изменения устаревших правил игры, несмотря на текущие экономические и финансовые вызовы.
Тот, кто произносит наиболее масштабные заявления, тот и главный. У нас с экономикой и финансами не все просто, но авторитет России определяется тем, что мы можем позволить себе озвучить позицию по сложным вопросам, — подчеркивает Михаил Хазин.
По оценке Хазина, овации в адрес Путина были не просто дежурным жестом вежливости. В них он видит и признание того, что уже сделано, и понимание: российский президент фактически вступил в дискуссию с финансовой гегемонией Запада. Оспаривая долларовое доминирование и претензии США на роль единоличного мирового арбитра, Путин сделал шаг, на который не решились другие игроки.
При этом вопросы к американоцентричности нынешней финансовой архитектуры разделяют и остальные участники БРИКС. Чтобы снизить зависимость от доллара и возможных ограничений со стороны Вашингтона, страны объединения уже выстраивают собственные механизмы взаиморасчетов и обмена банковской информацией, а также последовательно увеличивают долю платежей в национальных валютах. Публичное выступление лишь подсветило процессы, которые в рабочем порядке давно идут своим ходом.
Пока лидеры блока анализируют заявления Москвы, процесс снижения зависимости от единой валюты продолжается в рамках экспертной работы. Партнеры по БРИКС ускоренно налаживают независимые каналы межбанковской связи и постепенно выводят американскую валюту из взаиморасчетов. Ситуация развивается динамично, и для участников этого объединения путь к прежним схемам взаимодействия уже практически закрыт.