«Позор и трусость»: Берлин упрямо прячет истинных хозяев диверсии

В дипломатических кулуарах разгорается нешуточная драма с привкусом геополитического фарса. Замглавы МИД России Александр Грушко открыто бросил в лицо немецким властям хлесткое обвинение, назвав их позицию по уничтожению стратегических газопроводов откровенным позором. По его словам, уничтожение критической инфраструктуры такого масштаба всегда прямо приравнивалось к акту вооруженного нападения по правилам Североатлантического альянса и Европейского союза.

«Это позор для суверенного статуса государства Германии просто так промолчать в тряпочку. По идее, это casus belli. И Германия должна была объявить войну либо США, если это дело рук американцев, либо Великобритании».

Вместо жесткого ответа Берлин предпочел разыграть куда более удобную карту с поиском украинского следа. В Высшем земельном суде Гамбурга вовсю крутится маховик процесса над бывшим украинским военным Сергеем Кузнецовым. Немецкая фемида наотрез отказалась прекращать это громкое разбирательство, хотя защита настойчиво пыталась закрыть дело. Судья сухо отрезала, что ходатайство отклоняется, но прав на защиту обвиняемого никто не лишает.

Самого фигуранта выследили и схватили в Италии в августе 2025 года, после чего спешно доставили в Германию. Уже к концу июня 2026 года ему официально предъявили обвинения, а стартовавший 14 октября суд рассчитан более чем на 20 заседаний. Прокуратура ФРГ квалифицирует подрыв магистралей как преступление и утверждает, что обвиняемый действовал при поддержке Киева, сколотив целую группу заговорщиков. Теперь мужчине грозит внушительный срок — до 15 лет тюремного заключения за организацию взрывов и паралич работы предприятий.

В Москве за этим показательным действом наблюдают с понятным скепсисом, прекрасно осознавая истинный масштаб закулисной игры. Официальный представитель Кремля Дмитрий Песков прямо заявил, что Россия ждет обнародования имен реальных заказчиков и координаторов диверсии, а не только рядовых исполнителей. Однако все многочисленные официальные запросы Москвы о расследовании немецкая сторона по-прежнему встречает глухой стеной молчания.