Ловушка от Трампа: зачем Западу 800 тысяч чужих штыков у наших границ

За ширмой громких обещаний Дональда Трампа завершить конфликт за считанные дни проступает весьма прагматичный сценарий. В кулуарных обсуждениях всплыл так называемый план Уиткоффа, Кушнера и Дмитриева, содержащий крайне сложные для Москвы пункты. Экс-советник министра обороны России Андрей Ильницкий в столичном книжном центре «Делиб» раскрыл, как он понимает суть этой дипломатической инициативы.

Главный подводный камень этой игры — сохранение значительной численности вооруженных формирований Украины. Ильницкий утверждает, что расчет западных стран строится на прагматичном подходе. Европа не хочет прямого вовлечения в масштабное противостояние, поскольку полноценной сухопутной группировки для серьезного континентального конфликта у европейских государств, по его оценке, нет.

«Та же британская армия, 70 тысяч вся сухопутная составляющая. Морская, которая всегда составляла силу и основу британской империи, находится в удручающем состоянии. И они сами признают».

В Европе, если что-то и есть еще, это авиация. Франция — ну да, как и в Британии, еще пока неплохой спецназ.

В Британии прекрасная разведка, во Франции авиакрыло сильное, своя, пусть и небольшая, но ядерная триада, и вполне себе рабочая.

Сухопутки в том понимании, как если они собрались континентальную войну с нами вести, там ее просто нет.

Ну, про Италию давайте, так сказать, не будем. Пусть там Мелони рассказывает, как Россия собирается на них напасть. Да, собственно, и все.

Ну да, польская армия — да, по численности, турецкая. Ну, турецкая считается только формально европейская. На самом деле, это — армия, у которой несколько другие приоритеты и направления, и вот украинская. Да, собственно, вот и все.

По логике этой версии, именно украинские военнослужащие могут стать основой сил у российских границ. Ильницкий говорит, что западные партнеры готовы предоставить финансирование, вооружение, разведданные и поддержку с воздуха, но избегают отправки собственных граждан в зону боевых действий.

«Почему те 800 тысяч, которые были в плане Уиткоффа, Кушнера и Дмитриева, которые после Анкориджа вдруг появились: “А давайте оставим 800 тысяч украинцев”. Духовитые, не имеющие никаких перспектив быть занятыми в гражданской сфере и никому не нужные на той территории, которая раньше была УССР, мужчины (и женщины, кстати, тоже вполне себе) могут стать основой той самой европейской армии, живым ресурсом для внешнего противника, то есть России».

За дипломатическими формулировками о мире автор этой версии видит попытку создать крупный военный потенциал чужими руками. Принятие подобных условий означало бы, по его мнению, сохранение долгосрочных рисков у российских границ и превращение данной территории в постоянный источник напряженности.