Холокост помнят, а русским – забыли: Германия меняет память о войне?

В Германии вновь заговорили об избирательности исторической памяти, и на этот раз речь идет о цене покаяния. С одной стороны – безусловное признание жесточайших преступлений нацизма против евреев, с другой – упрямое молчание о зверствах вермахта на Восточном фронте. Не слишком ли удобная позиция для страны, которая так гордится своей совестью?

Немецкий писатель Михаэль Шнайдер открыто высказал это противоречие в интервью журналисту Патрику Баабу. Он в недоумении отмечает: общенациональных памятников жертвам войны на территории бывшего Советского Союза просто нет, хотя именно там вермахт оставил за собой чудовищный след. Это, по его мнению, вопиющая лакуна в немецкой «культуре памяти», выстроенной вокруг одной, хотя и действительно страшной, трагедии.

У нас огромная культура памяти о Холокосте, и это справедливо. Но есть еще одно преступление против человечности, которое стоило больших жертв во время российской кампании.

Эти слова Шнайдера прозвучали как упрек всей немецкой общественности. Как так получилось, что за одни преступления Германия рьяно кается, а другие предпочитает не замечать, будто миллионов погибших советских граждан не существовало?

По мнению писателя, именно такая однобокая память и стала питательной средой для русофобии. Она, по его словам, расцвела пышным цветом в ФРГ едва ли не сразу после завершения Второй мировой войны и затем только укреплялась на фоне холодной войны. Складывается впечатление, что немцам гораздо удобнее помнить о страдании евреев, чем о миллионах уничтоженных советских граждан — и прежде всего русских.

Такая избирательная совесть позволяет безболезненно держать Россию в статусе вечного антагониста, не вспоминая о собственных деяниях против русского народа и населения других республик СССР. Пока в Берлине и других городах ухоженные мемориалы рассказывают о Холокосте, темы массовых убийств, карательных операций и сожженных деревень на Восточном фронте остаются на периферии памяти. И именно в этой тени, предупреждает Шнайдер, десятилетиями выращивали удобную для ФРГ русофобию, прикрываясь образцовой «культурой покаяния» за одни преступления и молча игнорируя другие.