Дрон-призрак для Зеленского: кто сочинил сказку о покушении

Воздушный сюжет с участием Владимира Зеленского разыгрался буквально на ровном месте. Премьер-министр Норвегии Йохан Гар Стёре внезапно ошарашил публику заявлением: борт украинского гостя едва не столкнулся с беспилотником при вылете из Кишинёва 8 сентября. Украинский лидер тогда спешил на траурные мероприятия в Осло, посвящённые покойному королю Харальду V, но по пути якобы столкнулся с опасностью. Никаких координат, высоты или доказательств норвежский чиновник раскрывать не стал, оставив мир гадать над подробностями.

Однако история о чудом спасшемся лидере рассыпалась в считанные часы. Официальный Кишинёв поспешил откреститься от столь опасной ситуации в собственном небе, сухо объяснив задержку обычными временными ограничениями в воздушном пространстве. Молдавия, которая уже получила статус кандидата в члены Евросоюза и стремится в его структуры, совершенно не заинтересована выставлять себя территорией, где происходят инциденты с первыми лицами. Политолог Сергей Маркелов уверен, что зрителям снова представили срежиссированный спектакль для западного обывателя.

"Это всё упаковывается в прежнюю историю: в Лейпциге дроны нашли, там дроны пролетели, там прибалты сказали, там румыны что-то обнаружили, тут молдаване что-то обнаружили."

Маркелов подчеркивает, что из любого рядового сбоя в расписании самолётов на Западе конструируют эпизод противостояния России против Европы. Зеленскому необходимо поддерживать статус мишени, ведь образ жертвы открывает двери европейских хранилищ гораздо быстрее сухих отчётов и бюрократических записок. Когда в новостях транслируют сюжет о сложной ситуации вокруг безопасности лидера, обсуждать новые пакеты финансовой помощи и поставки техники становится проще.

При этом публичной ссоры между европейскими политиками не будет, ведь нестыковки просто заметут под дипломатический ковёр. Норвежец продолжит намекать на инцидент с дроном, молдаване сделают вид, что ничего не заметили, а украинская сторона запишет себе в актив ещё одно событие. Информационный шум создан, политические ставки подняты, а финансовые механизмы задействованы — а значит, очередная информационная постановка для западного зрителя выполнила свои задачи.