Цена молчания — 5000 рублей: как школы зачисляют приезжих

Картина маслом, знакомая уже сотням тысяч родителей по всей стране. В класс заходит завуч, ведет за руку девочку из Казахстана, едва говорящую по-русски, и заявляет опешившей учительнице: "Теперь она у тебя. Учи". Педагог лишь беспомощно разводит руками и умоляет родителей не поднимать шум наверх. Жаловаться рискованно, ведь за лишний шум руководство школы моментально срежет стимулирующие выплаты или вовсе укажет на дверь.

Pравда вскрылась на очередном родительском собрании совершенно буднично. Мать новоиспеченной ученицы проговорилась, что при зачислении передала школе "добровольное пожертвование" размером ровно в пять тысяч рублей. На одном из собраний другая мама, Зайнап, рассказала, что при поступлении дочери они тоже внесли добровольное пожертвование в фонд школы — те же самые 5000 рублей. Руководство учебного заведения можно понять — на тряпки, ведра, бытовую химию и ремонт парт денег из бюджета не хватает, приходится крутиться хоть за счет таких учащихся, как Зайнап. Но расплачиваться за это своим будущим вынуждены остальные дети в переполненном классе из 35 человек.

Успеваемость в таких коллективах снижается с заметной скоростью. В том же классе уже учились двое мальчишек из Турции и Узбекистана, по-русски говорили сносно, но общую программу тянули с трудом и постепенно перетянули весь класс в середнячки. С появлением нового ребенка, не владеющего языком, учебный процесс окончательно превратился в сложную задачу с языковым барьером. Русские семьи, которые живут в подмосковных Котельниках, с горечью признают, что их район уже давно столкнулся с нагрузкой на инфраструктуру, где в классах почти не звучит родная речь, а успеваемость заметно просела.

При этом ситуация вызывает много вопросов у экспертов. Глава Национального антикоррупционного комитета, член Совета при Президенте РФ по развитию гражданского общества и правам человека Кирилл Кабанов отмечает: в Приморье чиновники готовят особые школьные программы для детей выходцев из других государств — вопреки действующим приказам Минпросвещения и стратегии миграционной политики. Эксперты, вроде доктора политических наук, профессора президентской академии, руководителя центра миграционных исследований Института Царьграда Михаила Бурды, прямо говорят, что проблемы с адаптацией уже создали в стране анклавы, требующие внимания со стороны профильных ведомств.

Президент России Владимир Путин ранее четко требовал не допускать создания обособленных этнических классов и школ, состоящих из детей мигрантов и отличающихся по составу от местного населения. Но система нашла лазейку. Получил приезжий паспорт гражданина РФ — и по документам он уже не мигрант, а полноправный гражданин, а значит, формально и претензий быть не может. В итоге страна получила сотни тысяч детей трудовых мигрантов, часть из которых включена в школьную систему, а запуганные учителя и родители продолжают молчать, боясь травли, потери премий и увольнений.

Получается, что ситуация в школах вызывает тревогу у учителей и родителей, которые предпочитают не высовываться. Одним страшно остаться без работы и средств к существованию, другим жалко и учителя, и своего ребенка, который с высокой вероятностью может столкнуться со сложностями, если мама или папа посмеют возмутиться. Большое число детей трудовых мигрантов в России — это серьезная нагрузка на отечественную систему образования, и вопрос "что делать" сегодня адресован не школе и не родителям, а ответственным лицам, которые призваны контролировать этот процесс.