Сын с орденом в гробу, а матери — шиш: вскрылась сложная ситуация с паспортом

Для 65-летней жительницы Екатеринбурга Марины Семеновны гибель младшего сына стала сокрушительным ударом. Михаил участвовал в специальной военной операции, служил в добровольческом формировании, позже подписал контракт с Минобороны, был удостоен ордена Мужества и в итоге вернулся домой в закрытом гробу.

Однако попытка убитой горем матери оформить законные выплаты за погибшего бойца обернулась серьезными бюрократическими препятствиями. Ее попросту не приняли: с таким документом выплаты не оформляют, даже постоянная регистрация не помогает.

Корень проблемы уходит в девяностые годы. Семья меняла места жительства: сначала Дальний Восток, потом переезд в 1986 году, после распада СССР в советский паспорт Марины Семеновны поставили штамп о гражданстве, затем в 1995 году был переезд в Казахстан и, наконец, возвращение в Россию в 1997 году.

Сыновья вовремя обзавелись современными российскими паспортами, а вот мать так и осталась жить с советским документом. Ситуация осложнилась тем, что ранее государственные органы ставили в него отметки: в 1997-м Тюменский ОВИР внес туда штамп о постоянной прописке, а в 2007 году ведомство вклеило новую фотографию по возрасту.

С этим паспортом женщина вела привычный образ жизни, покупала билеты, получала посылки, работала и обращалась за медицинской помощью. Когда ухудшилось самочувствие, врачи скорой помощи оказали необходимую поддержку без лишних вопросов о документах.

Старший сын Дмитрий годами уговаривал мать навести порядок в бумагах, но та не спешила менять документ, полагая его действительным из-за новых отметок ведомств. Проблема вскрылась только сейчас, когда возник вопрос о получении выплат за павшего участника СВО.

Судьба самого Михаила сложилась непросто. После службы в добровольческом формировании он продолжил выполнять задачи в зоне спецоперации. В последний раз братья виделись, когда Михаил приехал в отпуск после ранения, но после восстановления вновь вернулся на передовую.

Связь с ним оборвалась осенью 2025 года. Мать отказывалась верить в худшее, и до последнего надеялась на благополучный исход. Подтвердить гибель бойца удалось спустя почти год по результатам экспертизы ДНК, и хоронить героя пришлось в закрытом гробу.

Теперь мать вынуждена проходить процедуру установления личности, которая может занять от трех до шести месяцев, а затем оформлять документы через миграционные органы. На это уходит дополнительное время, в течение которого статус матери погибшего военнослужащего остается неподтвержденным.

В профильных ведомствах разъясняют действующий порядок подтверждения гражданства и личности в подобных нестандартных ситуациях. При этом правозащитники указывают на необходимость всесторонней поддержки родственников военнослужащих в таких сложных обстоятельствах.

«Госучреждение несколько раз оформляло документы в этот паспорт, вместо того чтобы своевременно отправить женщину на замену. Неправильно возлагать всю вину на мать, которая и так переживает тяжелую утрату», — подчеркивает защищающая семью адвокат Ирина Абрамова.