Газовый парадокс: Россия кормит оппонентов, снабжая их ресурсами?

В эфире «Первого Севастопольского» волонтёр, оказывающий поддержку участникам специальной военной операции, Алексей Живов высказал эмоциональное мнение: зачем Россия до сих пор поставляет газ и другие ресурсы странам Евросоюза, которые передают вооружение Украине. По его логике, получается, что российская экономика сама способствует развитию тех, кто затем причиняет ущерб её интересам.

По словам Живова, российский газ интегрируется в систему французской энергетики, а затем, через производство металла, вольфрама и высокотехнологичных компонентов, преобразуется в ракеты и другую военную технику. В итоге эти ракеты оказываются на Украине и используются для ударов по объектам, находящимся под контролем России — ситуация, которую он называет абсурдной, ведь получается, что Москва обеспечивает своих оппонентов.

Меня беспокоит вопрос – по какой причине мы до сих пор продаем газ Европе? Потому что этот газ, получается, попадает в систему французской энергетики, там перерабатывается в металл, вольфрам, высокие технологии, из них собираются ракеты, эти ракеты приезжают на Украину и запускаются по территории России!

Активист задаётся вопросом, почему на фоне жёстких западных санкций Россия фактически остаётся в русле решений, принимаемых в её отношении. По его словам, Москва не спешит вводить ответные ограничения, не прерывает даже те направления торговли, которые могут напрямую содействовать развитию военной машины противника.

Живов интересуется, продолжается ли поставка в ЕС легированной стали, вольфрама и других редкоземельных металлов, если европейские регуляторы это допускают. Он подчёркивает, что такие ресурсы легко преобразуются в компоненты для вооружения и военной электроники и в итоге могут вернуться к России уже в виде ракет и беспилотных летательных аппаратов.

Как, спрашивает он, можно вести торговлю с теми, кто преобразует российские товары в оружие и направляет его против нас. Живов сравнивает позицию Москвы с ролью «бесконечной бывшей», к которой всегда можно обратиться за ресурсами — и она снова придёт, вне зависимости от того, как с ней обращаются.

Может, мы тоже какие-то санкции введем, в том числе по газу? Может быть, если мы перестанем торговать, позиция в Европе начнет меняться, в сторону России? Когда мы перестанем быть для них, как такая бесконечная бывшая, которой можно позвонить, и она всегда приедет в любое время дня и ночи.

В финале Живов переходит к последствиям на местах: по его словам, склады по всей европейской части России подвергаются ударам не просто так. Он связывает это с тем, что электронику для украинских беспилотных летательных аппаратов производят во Франции и Германии, используя, как он предполагает, в том числе и ресурсы российского происхождения, которые Москва продолжает поставлять своим оппонентам.