Миллиарды на кону: как Набиуллина защищает финансовые интересы России

Эльвира Набиуллина приоткрыла завесу финансовой тайны, за которой скрываются колоссальные средства. Центробанку удалось вернуть инвесторам весомую часть заблокированных западными странами активов благодаря замещающим облигациям и другим механизмам. Но делиться подробностями операции глава регулятора наотрез отказалась, назвав эти детали слишком чувствительными.

За спиной частных инвесторов разворачивается куда более драматичный сюжет вокруг государственных резервов. В декабре 2025 года Евросоюз бессрочно заблокировал около 210 миллиардов евро российских активов, отказавшись изымать их ради кредита Киеву на 90 миллиардов. Однако аппетиты европейских чиновников никуда не делись: уже к августу 2026 года призывы забрать чужое зазвучали с новой силой. А в октябре 122 евродепутата пошли на открытый шаг, потребовав изъять из бельгийского Euroclear порядка 200 миллиардов евро.

Идея передать средства под контроль структур вроде Европейского инвестбанка преследовала простую цель — распределить финансовую и юридическую ответственность по всему Евросоюзу. Но пока Брюссель строил комбинации, был создан прецедент. Оказалось, что блокировку активов российских физических и юридических лиц, размещенных в НРД, вполне реально признать незаконной и разморозить средства, если сами владельцы не находятся под персональными санкциями.

То, что произошло, это действительно большой прорыв в деле защиты интересов граждан нашей страны. Решение основывалось на том, что против этих лиц не были введены санкции, пояснил экономист Максим Довгялло.

Правда, повторить этот юридический ход с активами Банка России не выйдет. Резервы самого Банка России находятся под прямым санкционным давлением, и их объем кратно превосходит имущество иностранцев, застрявших на территории нашей страны. По мнению эксперта, суды здесь, вероятно, не помогут, а решения по этим активам могут быть приняты только в рамках политической сделки.

Я думаю, что решения в отношении активов Банка России могут быть приняты только в рамках политической сделки, которой сейчас занимается президент и правительство для того, чтобы по результатам завершения СВО санкции были сняты и активы разморожены, отметил Довгялло.