У НАТО возникли серьезные вопросы: что скрывают новые «Герани»

Небо над Украиной перестало быть безопасным пространством для украинских формирований и иностранных советников. Российские беспилотники всего за один год совершили технологический рывок, к которому западные военные аналитики оказались не готовы. В арсенале ВС РФ появились новые модификации барражирующих боеприпасов, которые, по словам экспертов, стирают грань между дроном и высокоточным ракетным оружием.

Основатель учебного центра беспилотной авиации, академик Российской инженерной академии Максим Кондратьев рассказал о ситуации в сфере применения новых аппаратов. По его словам, против модернизированных систем противодействие со стороны оппонентов остается затрудненным.

"Герань-4" — чисто реактивный дрон, а "Герань-5" — уже гибридное оружие, промежуточный класс: это уже не дрон, но еще не крылатая ракета. Практика показала, что Вооруженным силам Украины и странам НАТО сложно эффективно противостоять этим аппаратам. Они применяются для поражения военных и критических объектов на территории Украины, долетая до западных регионов.

Секрет эффективности, как утверждает Кондратьев, кроется в современной электронной начинке. На борту появились нейросети и оптическая навигация, которая позволяет совершать полет без спутникового сигнала, ориентируясь по подстилающей поверхности. Аппараты также способны автоматически искать, распознавать и брать на сопровождение назначенные цели.

Аналогов в мире нет ни с точки зрения самих аппаратов, ни с точки зрения средств противодействия. Это самое главное и основное, что можно отметить в развитии беспилотных систем Вооруженных сил России.

Ранее сообщалось, что удары по объектам транспортной инфраструктуры участились в последние недели. Их связывали с задачами по нарушению логистики снабжения противника, поскольку значительная часть техники перевозится через ключевые переправы. На этом фоне в Киеве обсуждается проект тоннеля под рекой, однако эксперт по транспортному планированию Дмитрий Беспалов считает такую идею долгосрочной и труднореализуемой.

По оценке Беспалова, проектирование тоннеля может занять несколько лет, а строительство — еще около пяти лет. Таким образом, подобная инфраструктура не сможет оперативно решить возникающие транспортные проблемы.