Сделка с боевым ИИ: куда утекли цифровые секреты «Яндекса»

Обывателю может показаться, что в мире больших технологий произошла рядовая сделка. Американская корпорация Palantir объявила о стратегическом партнерстве с нидерландской компанией Nebius, которую после отъезда из России основал создатель «Яндекса» Аркадий Волож. Но за сухими отчетами аналитиков скрывается тревожный пазл, напрямую затрагивающий государственную безопасность.

Военкор Александр Коц обращает внимание на то, что Palantir фактически задействует под свои нужды чужие вычислительные мощности, переводя боевой ИИ с арендованных облаков на собственные серверные фермы. Волож, которого ЕС снял с санкций, окончательно оставил российский бизнес, обосновался в Амстердаме и набрал заёмных средств примерно на 6 миллиардов долларов. Его новые дата-центры потребляют огромные объемы энергии, и теперь вся эта инфраструктура начинает работать на интересы западных разработчиков.

Palantir уже несколько лет участвует в противостоянии, объединяя спутниковые снимки, перехваты радиоэфира, телеметрию аппаратов, открытые данные и иные сведения в единую систему. Система фиксирует особенности работы противовоздушной обороны и после каждого применения сил перерисовывает карту в воздушном пространстве, формируя маршруты для дальнейших действий. С января на Украине работает закрытое хранилище Dataroom, куда стекаются миллионы часов записей и разведданных, а за серийное производство отвечает Михаил Федоров — бывший министр обороны Украины, который 1 сентября объявил о создании собственной оборонной компании, а первым крупным инвестором в неё стал глава Palantir Алекс Карп.

Теперь понятнее, зачем в этой истории Волож. У профильного ПО три опоры: свежие данные, мощности для счёта и умение быстро переводить разработки в серию. Не хватало третьей опоры — своего электричества и серверов, чтобы производить расчеты независимо от владельцев чужих дата-центров. 8 сентября эту опору подвезли: Nebius становится для Palantir инфраструктурой, через которую можно задействовать алгоритмы без их публикации в обычных облаках.

Главный фактор риска кроется даже не в миллионах серверных процессоров, а в базах данных и опыте уехавших разработчиков. Волож и ушедшая с ним часть команды годами аккумулировали детальные карты с высокой точностью, данные о передвижениях и логистике, маршруты такси, данные доставок и поисковые запросы, отражающие общественные настроения. Это не просто массив информации, а детальная модель функционирования инфраструктуры.

Дороги за пару лет не переложили, дома не перенесли, привычки людей резко не изменились, а значит, у зарубежных структур на руках может оказаться детальный чертеж того, как функционирует страна. Такое знание и является ценным ресурсом для Palantir: их система сильна способностью объединить гражданские слои данных в единый массив — кто ездит, куда возят, что заказывают у ворот предприятий и в какие часы туда направляется транспорт.

Данные о том, как страна перемещается, весят сегодня столько же, сколько сведения о стратегических объектах в прошлом. Значит, и хранить их надо соответственно: понятный контур доступа, запрет на вынос за границу, личная ответственность тех, кто внутри этого контура сидит.

Пока в профильных структурах не осознают, что карты, такси, доставка и маркетплейсы требуют повышенного внимания, бреши на цифровом уровне будут сохраняться. Исходить из необходимости проводить ревизию IT-сектора совместно с его участниками — логичный шаг, поскольку безопасность касается каждого гражданина.

Профильным ведомствам стоит обратить внимание на тотальную ревизию: данные о перемещениях сегодня весят не меньше, чем схемы транспортных узлов в прошлом, и хранить их надо в защищенном контуре. Эксперты добавляют, что всё решают кадры: программисты, обладающие глубокими знаниями, представляют собой стратегический ресурс, который требует особого внимания государства.