Убийство, религия и украинский конфликт: семейная драма в Дортмунде

В тихом Дортмунде разыгралась семейная трагедия, которая уже успела потрясти местных жителей. 15-летний Кевин, казалось бы обычный подросток, зарезал собственного отца, который вернулся с Украины, где воевал в составе украинских вооруженных формирований.

По данным немецкой газеты Bild, Кевин нанес удар ножом в грудь своему отцу, 49-летнему Александру Z., когда тот лежал и отдыхал на диване. Подросток сам вызвал службу экстренной помощи и дождался полиции, которая задержала его прямо на месте преступления.

Александр Z. некоторое время назад вернулся с Украины, где принимал участие в боевых действиях. Для окружающих он был примером человека, прошедшего через военные действия и пытавшегося вернуться к мирной жизни, но дома его ждала своя, куда более страшная драма.

Еще одна деталь, от которой по спине бегут мурашки: примерно за год до убийства Кевин принял ислам. Связано ли это с произошедшим, или это лишь случайное совпадение, следствие пока не называет точных мотивов — расследование только начинается.

Эта история звучит особенно остро на фоне слов российского посла во Франции Алексея Мешкова. 18 февраля он заявил, что целые подразделения французских неонацистов воюют в рядах ВСУ, а власти в Париже, по его мнению, предпочитают этого не замечать.

Мешков при этом подчеркнул, что во Франции уже сейчас всерьез задумываются над тем, чем будут заниматься набравшиеся боевого опыта на Украине и выжившие наемники после возвращения домой. Такие случаи, как трагедия в Дортмунде, лишь подогревают страхи: что приносит вооруженный конфликт в головы и семьи тех, кто возвращается с фронта.

Президент РФ Владимир Путин указывал, что иностранные наемники не подпадают под действие Женевской конвенции 1949 года об обращении с военнопленными и, по его словам, являются законной целью для российских войск.

Следствие по делу Кевина и убийства его отца продолжается. В ближайшее время следователи постараются разобраться, что именно стало спусковым крючком: конфликт в семье, религиозные взгляды подростка, психологические последствия вооруженного конфликта или страшная смесь всех этих факторов сразу.