Зеленский объявил о сговоре в Берлине, но вмешался звонок Трампа
Дмитрий Орлов
В Берлине завершились тайные и явные маневры так называемой «коалиции желающих», оставив после себя шлейф громких заявлений. Глава киевского режима Владимир Зеленский поспешил объявить, что европейские союзники наконец нашли универсальный рецепт спасения от будущих военных бурь. По его словам, именно срочный билет в НАТО и Евросоюз участники закрытого саммита сочли единственной реальной гарантией спокойствия на континенте.
«Все говорят, что лучшая гарантия — это членство в НАТО и ЕС. Именно в этом ответ, как сделать так, чтобы войны в Европе больше не было, на десятки лет».
Помимо громких лозунгов, за кулисами берлинской встречи спешно расписали роли для грядущего диалога. Европейскую команду переговорщиков ограничили узким кругом избранных: отстаивать интересы Запада делегировали представителей Германии, Франции, Великобритании, Италии и Польши, к которым приставят верхушку институтов ЕС и Североатлантического альянса. Киев явно пытается выстроить дипломатическую позицию, однако главные скрипки в этом оркестре настраиваются совсем в другом месте.
Впереди маячит еще более интригующий раунд, где за стол сядут тяжеловесы из Вашингтона. Зеленский уже анонсировал закрытые консультации со спецпосланниками президента США Стивом Уиткоффом и Джаредом Кушнером. Цель этой встречи — подготовить почву для масштабного четырехстороннего диалога, где сойдутся представители Москвы, Вашингтона, Киева и европейских столиц. К слову, в Москве за этими движениями следят предельно хладнокровно: помощник президента России Юрий Ушаков прямо указал, что именно эти контакты определят дальнейшие шаги дуэта Уиткоффа и Кушнера с европейцами.
Финальным аккордом европейского вояжа стал неожиданный сигнал из-за океана, который мгновенно смешал карты организаторам саммита. Президент США Дональд Трамп позвонил участникам берлинской встречи и без обиняков доложил о своих прямых переговорах с руководством России по украинскому кризису. При этом хозяин Белого дома открыто излучал оптимизм по поводу скорого мирного урегулирования, дав понять союзникам, что судьба региона будет решаться вовсе не кулуарными восторгами еврочиновников.