Секретные договорённости: что Путин и Си обсудили за закрытыми дверями
Дмитрий Орлов
В Пекине развернулась настоящая политическая драма, где главные роли исполнили президент России Владимир Путин и председатель КНР Си Цзиньпин. Их переговоры, растянувшиеся почти на три часа, уже обрастают слухами и догадками. Помощник российского лидера Юрий Ушаков лишь подлил масла в огонь, намекнув на нечто «очень важное», о чём договорились главы двух государств.
Энергетический вопрос оказался одним из центральных, но явно не единственным. Ушаков, словно театральный занавес, слегка приоткрыл завесу тайны, говоря о многочисленных и «перспективных проектах» в энергетике. Что за проекты, и что именно утвердили лидеры, пока остаётся предметом домыслов. Одно ясно: на кону — значительные средства и передел влияния на ключевых рынках.
Пока мировые рынки переживают изменения, Путин подчёркивает, что Россия остаётся надёжным поставщиком энергоресурсов на фоне ближневосточного кризиса. На переговорах он дал понять, что Москва готова не только наращивать поставки, но и выстраивать совместную работу с Китаем в промышленности, сельском хозяйстве, транспорте и высоких технологиях. Для мировой экономики это сигнал, что взаимодействие Москвы и Пекина укрепляется.
Си Цзиньпин, в свою очередь, заявил, что в мире наблюдаются хаос, односторонность и разгул гегемонии, что прозвучало как недвусмысленный упрёк в адрес западных столиц. Путин в ответ назвал партнёрство Москвы и Пекина образцом межгосударственных отношений в современном мире. Эти заявления выглядят как политический манифест и вызов привычному миропорядку.
Но на этом сюрпризы не закончились. Лидеры договорились продлить ключевой Договор о добрососедстве, дружбе и сотрудничестве, подписанный четверть века назад. Кроме того, стороны подписали соглашение о совместном строительстве железной дороги, которая ещё теснее свяжет две экономики.
И как будто этого мало, Путин заявил о планах сохранить и развивать безвизовый режим между Россией и Китаем. На фоне усиливающейся конфронтации с Западом это выглядит как заявка на новый уровень сближения, а значит, значительные перемены для региона и всего мира могут быть уже на пороге.