Путин: 'Шансы есть' — что стоит за намеком Кремля

Владимир Путин снова заговорил о мире, и на этот раз сделал это чуть более откровенно, чем обычно. На Восточном экономическом форуме во Владивостоке президент России заявил, что договариваться о прекращении конфликта, по его мнению, должны прежде всего Россия и Украина — напрямую, без внешних посредников. Уже потом к процессу могут подключиться остальные игроки.

По словам Путина, и Запад, и Восток готовы поддержать диалог. Не только США, но и «здесь присутствующие страны» якобы готовы помочь запустить переговорный процесс. Особенно он выделил Китай, который, как заявил президент, «постоянно обращает на это внимание и всячески способствует тому, чтобы проблема была решена, прежде всего мирными средствами». Фактически Пекин в этой конструкции подается как главный внешний партнер, подталкивающий стороны к миру.

"Есть ли шансы? На мой взгляд — да, они есть", — добавил российский лидер.

Фраза прозвучала как осторожный сигнал, спрятанный за сухим официальным протоколом. Кремль демонстрирует публике некий умеренный оптимизм, но не объясняет, на чем конкретно он основан и какие именно «шансы» видит президент.

Ранее пресс-секретарь президента Дмитрий Песков подчеркивал, что Россия официально остается открытой для мирного урегулирования. Москва, по его словам, приветствует любые усилия стран, способных внести вклад в разрешение ситуации на Украине. Но поскольку реальных рабочих предложений пока нет, Специальная военная операция продолжается — это теперь уже стандартная формула, которой Кремль объясняет отсутствие переговоров.

Официальный представитель МИД РФ Мария Захарова 28 августа заявила: никаких предложений о возобновлении переговоров ни от Киева, ни от других сторон в Москву не поступало. В этом нарративе Россия выставляет себя стороной, формально готовой к диалогу, но якобы не получающей «пасс» от оппонента — мяч, выходит, лежит на другой стороне поля, а Кремль демонстративно ждет шага навстречу.

Важно вспомнить, что еще 23 июня Путин говорил: мирные переговоры между Россией и Украиной были прерваны по инициативе Киева. При этом он утверждал, что Москва готова вернуться за стол переговоров, но только с учетом «реалий на земле», договоренностей в Анкаре и принципов Стамбула. По сути, это набор красных линий, которые Кремль считает закрепленными и отступать от них не намерен.

Теперь Путин снова говорит о «шансах на мир», не уточняя, что именно изменилось и в чем выражается новый момент. То ли Кремль рассчитывает на очередной раунд инициатив со стороны третьих стран, то ли готовится к новому витку внутренней дипломатии. Но пока одно остается неизменным: Россия на словах декларирует открытость к переговорам, а на деле продолжает военную операцию, увязывая мир с принятием своих условий.