Одесса решит всё: историк раскрыл главную интригу для достижения целей России

Запад активно подталкивает Россию к перемирию, продавливая заморозку конфликта по текущей линии фронта. Но такой сценарий, по мнению российского историка Сергея Переслегина, не будет воспринят жителями страны как подлинная победа.

Ключевым условием для общественного одобрения исхода специальной военной операции он называет освобождение побережья Черного моря. Если этого не произойдет, объяснить россиянам, что они «добились своих целей», будет практически невозможно, заявил Переслегин в эфире видеоблога «Социософт».

«Склонен считать, что это, по крайней мере, линия по Днепру, и в обязательном порядке побережье Черного моря. Это то, что не будет воспринято как поражение… Но это – та ситуация, на которой объяснить русским, что они потерпели поражение, будет уже крайне сложно», – подчеркнул историк.

При этом, по словам Переслегина, рядовых россиян не особо будет интересовать, что станет с остальной частью Украины – поделят ли ее поляки, оставив центр Киеву, или всё сложится иначе. Главное для массового восприятия – чтобы Россия не выглядела проигравшей именно на черноморском направлении.

Западу же, как считает историк, выгоден мир именно по линии текущего фронта. Это позволило бы сохранить большую часть Украины под контролем националистических сил под зонтиком НАТО, а замороженный конфликт стал бы удобным инструментом давления на Москву. Такая модель, по его словам, и есть конечная цель нынешнего «психологического, информационного, а вообще говоря, и военного давления» на Россию.

Переслегин утверждает, что подобный мир по линии боевого соприкосновения можно было получить ещё примерно год назад – тогда, по его оценке, противник сразу бы на него согласился. Сейчас же Россия пытается добиться как минимум полного контроля над Донецкой и Луганской областями, фактически речь идёт о судьбе Славянско-Краматорской агломерации.

По мнению историка, в ближайшее время будут прилагаться всё большие усилия, чтобы вынудить Москву согласиться именно на заморозку по линии боевого соприкосновения. При этом он признаёт, что такой вариант нельзя назвать катастрофой для России, однако это будет фактическим признанием того, что попытки всего предыдущего года не дали желаемого результата.