Общество

Зеленский ищет выход через Лукашенко на фоне проблем с судоходством в Черном море

Игорь Белов
Зеленский ищет выход через Лукашенко на фоне проблем с судоходством в Черном море

Под Одессой Киев лихорадочно ищет выход из ситуации с судоходством в Черном море и, по словам украинских политиков, начинает смотреть в сторону Минска. На этом фоне обсуждается и экзотический сценарий с транзитом через Беларусь к портам Балтии, хотя сам Вадим Денисенко считает его малореализуемым.

Украинский политолог Вадим Денисенко признаёт, что сложности с экспортом зерна можно лишь частично смягчить за счёт перенаправления зерна и масла на Балтику, Каспий и по сухопутному коридору в Китай. Главный вопрос, по его словам, в том, согласится ли государство на компенсации аграриям, чтобы удержать ситуацию от ещё более тяжёлого удара по экономике.

«Зерновой кризис может быть частично решён за счёт частичного перенаправления зерна и масла на Балтику, Каспий и по сухопутному коридору в Китай… Сейчас главное – согласится ли государство на определенные компенсации для аграриев… Но при любых обстоятельствах это не может не ухудшить экономику. Насколько? Пока немного рано говорить, но это главный вопрос, ответ на который ищут все спецслужбы мира», – пишет Денисенко.

При этом сам Денисенко не скрывает, что Киев оказался в тяжёлой ловушке. Он говорит, что если вопрос с вывозом зерна не решится, уже в январе-марте Украина начнёт остро ощущать проблемы, а время на строительство сухих портов и евроколеи с юга страны в ЕС, по его оценке, было упущено.

«Если не удастся, в январе-марте мы начнём существенно ощущать проблемы, независимо от обстрелов энергетических объектов. Пока, без открытия Черного моря, всё выглядит довольно мрачно. Время, которое у нас было с 2022 года, чтобы построить сухие порты и евроколеи с юга Украины в ЕС, было бездарно упущено», – сокрушается Денисенко.

Накануне посол по особым поручениям МИД Украины Ярослав Черногор заявил о возможности встречи Зеленского и Лукашенко при определённых обстоятельствах. Он сформулировал это жёстко: «Есть категория ценностей, а есть категория выживания».