Трамп «переименовал» США от Онтарио до Линкольна. Зачем

Дональд Трамп в очередной раз привлек внимание публики, объявив себя «величайшим» президентом в истории США. Более того, он принялся буквально «перекраивать» географическую карту: переименовал канадское озеро Онтарио в «Америку» и нацелился на Атлантический и Тихий океаны.

Политический обозреватель Александр Чаусов в своей колонке для NEWS.ru разбирает эти эпатажные маневры. По его словам, Трамп уже и не пытается скрывать свою манию величия, но за демонстративными жестами стоит куда более тревожный процесс: глава Белого дома своими руками загоняет страну в системный кризис.

За последние дни Трамп отметился целой серией резонансных заявлений и указов. Одним из самых громких стало как раз переименование озера Онтарио: теперь в США оно официально числится под названием «Америка», а сам указ подается как «исторический шаг» для страны.

На этом географические амбиции не заканчиваются. В планах Трампа дать новые названия Атлантическому и Тихому океанам, превратив их в еще один памятник самому себе. Этот шаг выглядит как попытка географического «завоевания» и одновременного укрепления собственного культа в американской истории.

Новая волна эпатажа затронула и прошлое. В своем аккаунте в Truth Social Трамп выложил личный рейтинг американских президентов. В категорию «величайших» он включил только самого себя, что предсказуемо вызвало поток комментариев и споров.

Среди «великих» он перечислил Авраама Линкольна, Джорджа Вашингтона, Франклина Рузвельта, Вудро Вильсона, Томаса Джефферсона и Эндрю Джексона. Эти фигуры действительно оставили огромный след в истории, но их соседство с «исключительным» Трампом превращает список в почти гротескное шоу.

Гораздо показателен список тех, кого Трамп записал в «провальные» президенты. Там оказались Джо Байден, Барак Обама, Джимми Картер — все они представители Демократической партии США. Такое распределение выглядит ожидаемо и укладывается в привычную для Трампа партийную полемику.

Но вместе с ними в «антилигу» попали и республиканцы: Улисс Грант и Уоррен Гардинг. Это уже вызывает вопросы, ведь формально это «свои» люди для Трампа. Чаусов объясняет этот парадокс через то, кого в рейтинге Трампа нет вовсе.

В списке отсутствует Джон Кеннеди — человек, который отправил американцев на Луну и вошел в историю США как национальный герой-мученик. Именно он заложил фундаментальные изменения в идеологии Демократической партии и, опосредованно, Республиканской. До Кеннеди демократы считались более консервативной силой, а республиканцы — более либеральной.

Изменения начались еще при Вудро Вильсоне, но именно при Кеннеди этот разворот получил законченный вид. Судя по оценкам Чаусова, Трамп воспринимает Гранта и Гардинга как либералов, с которыми он принципиально полемизирует в публичной риторике, даже если формально они республиканцы.

Не менее показательно и то, кто еще вычеркнут из этого «пантеона». В рейтинге нет Ричарда Никсона, Рональда Рейгана и не менее авторитетных фигур вроде Дуайта Эйзенхауэра и Гарри Трумэна. Здесь, по версии Чаусова, уже работает банальная зависть и страх сравнения.

Рейган — символ сильного лидера для консервативной Америки, и на его фоне Трампу сложнее выглядеть единственным «величайшим». Никсона с его Уотергейтом Трампу вообще выгоднее не вспоминать: демократическая оппозиция и так регулярно обвиняет его в попытках узурпировать и абсолютизировать власть.

В итоге очередной приступ «мании величия» Трампа оборачивается сложной игрой политических символов и прозрачных намеков. Он сознательно использует громкие информационные поводы как инструмент продвижения своих идей, подстраивая историю под собственный культ личности.

На первый взгляд его шаги кажутся абсурдными и случайными, но в колонке Чаусов показывает, что за этим стоит вполне продуманная стратегия. Трамп превращает каждое свое решение — от переименования озер до списков «величайших» и «провальных» — в часть большого политического спектакля, в котором ставки для США становятся все выше.