С одним паспортом: почему муж Гурченко ушел от звезды
Ольга Тихонова
Почти двадцать лет рядом с великой примой советского экрана казались публике сказкой о вечной преданности. Музыкант Константин Купервейс был младше Людмилы Гурченко на четырнадцать лет, и злые языки шептались за спиной о расчете и статусе приживалы. Их отношения начались еще в 1973 году и продлились до начала девяностых, пока однажды пианист не захлопнул за собой дверь навсегда.
Долгие годы истинные мотивы этого внезапного расставания оставались тайной, порождая сплетни об изменах и коварных соперницах. Однако сам композитор решительно отметает эти домыслы в откровенной беседе с журналистами издания «Московский комсомолец». По его словам, к сорока годам пришло горькое осознание собственной профессиональной невидимости, ведь оставаться всего лишь удобной тенью царственной супруги стало невыносимо тяжело.
«Уходил я не к другой женщине, а в одиночество», — признался Купервейс в интервью «Московскому комсомольцу».
Точкой невозврата в этих непростых отношениях стала откровенная сцена ревности к чужому успеху. Известный режиссер Михаил Швейцер сделал пианисту заманчивое предложение писать музыку для кино, открывавшее совершенно новые горизонты. Но всемогущая актриса одним махом перечеркнула эти планы, вмешавшись в их договоренности.
Людмила Марковна без лишних церемоний выставила за порог приехавшую с контрактом женщину и отрезала, что ее муж подобными вещами заниматься не будет. После этого он повернулся и ушел, поняв, что принял окончательное решение. Гордость перевесила привычный комфорт и годы совместного быта.
«После этого я повернулся и ушел», — вспоминает композитор.
Вслед за уходящим музыкантом летели привычные подозрения в меркантильности, однако пианист категорически отрицает любые намеки на жизнь за чужой счет. Он утверждал, что не жил за счет Гурченко.
«Ушел с одним паспортом, чем горжусь. Никогда я не был подкаблучником или альфонсом, который жил с богатой женщиной», — подчеркнул музыкант, подводя черту под многолетней историей любви.