Проклятия, суды и тайные миллионы: что делят родные Кашпировского

Легендарный телегипнотизер Анатолий Кашпировский, собиравший у экранов миллионы советских граждан, ушел из жизни, оставив после себя клубок семейных интриг и солидное имущество. Психотерапевт умер 3 октября 2026 года в Москве в возрасте 87 лет. Незадолго до смерти он уверял публику, будто остался гол как сокол, но реальность оказалась куда прозаичнее: теперь его наследникам предстоит разбираться с недвижимостью в Москве, Киеве, Виннице и Калифорнии.

В России главным яблоком раздора стала двухкомнатная квартира площадью 55,9 кв. м на Минской улице в московском районе Митино. Кашпировский получил ее в 1993 году, когда был депутатом Госдумы, а после сложения мандата съезжать наотрез отказался. Когда к психотерапевту пришли с требованием освободить жилье, он угрожал «наслать импотенцию» на причастных. Такое же проклятие Кашпировский посылал челябинским милиционерам, сорвавшим торговлю «заряженной» солью после его выступления в 2006 году.

Сегодня аналогичные квартиры в районе оцениваются в 20–30 млн рублей. По данным СМИ, незадолго до смерти Кашпировский приватизировал жилье и, вероятно, переоформил его на третью супругу Гулизар Чалбашову, чтобы защитить ее и маленькую дочь Эллину от других претендентов. Если эта версия верна, квартира не войдет в наследственную массу и делить ее между родственниками не придется.

«У меня появилось солнце, которое и сейчас со мной, — Гуля. Сейчас она моя официальная жена. До меня ее пальцем никто не тронул, и до сих пор мы вместе. Поэтому у поклонниц нет никаких шансов. Моя жена — исключительный человек. Знает восемь языков, с ней никогда не возникает конфликтов, недоразумений. Такое воспитание, Гуля — мусульманка. Я считаю, что она подарок небес, попавший ко мне очень поздно».

По закону к наследникам первой очереди относятся супруга, дети и родители. На имущество Кашпировского могут претендовать вдова Гулизар Чалбашова, дочь Эллина, родившаяся в 2025 году, и сын от первого брака Сергио Монтана, живущий в США. Внуки Инга и Шон — дети старшей дочери Елены, умершей в 2018 году, — могут участвовать в наследовании по праву представления.

Однако аппетиты родни простираются далеко за пределы Москвы. За океаном разворачивается отдельная драма вокруг дома в калифорнийской Ла-Кинте, который Кашпировский купил в 2013 году примерно за $340 тыс. и оформил на дочь Елену. После ее смерти недвижимость вернулась к отцу, а в доме остались жить Сергио Монтана и его сын Шон.

Семья Монтаны, по данным СМИ, перепланировала участок, хранила во дворе незарегистрированные автомобили и автодом, а также ремонтировала машины. Соседи жаловались властям, а Кашпировскому как собственнику приходилось оплачивать штрафы и ремонтировать протекающую крышу. В 2018 году власти через суд изъяли два автомобиля. После оформления наследства дом, как сообщается, должен перейти Сергио Монтане.

Масла в огонь подливает и украинское имущество. По словам племянника Юрия Мамаева, Кашпировский владел несколькими объектами в центре Киева, включая жилье на Крещатике, а также двумя или тремя квартирами в Виннице и Винницкой области. Родственник утверждал, что психотерапевт допускал возможность экспроприации недвижимости местными властями, однако нынешняя судьба этих объектов неизвестна.

Отдельная линия — история Алексея Фуштея из украинского Борисполя. В 2020 году мужчина заявил, что является внебрачным сыном Кашпировского, и пытался добиться через суд проведения ДНК-экспертизы, однако в принудительном исследовании ему отказали. При жизни психотерапевт публично не подтверждал это родство, но после его смерти Фуштей по-прежнему рассчитывает на посмертный ДНК-тест и возможное вступление в наследство.