Одесса: городские настроения вызывают резонанс в Киеве

Одесса произвела сильное впечатление на киевского журналиста Арсена Цымбалюка, который прибыл в город по призыву на службу. Вместо службы он оказался на отдыхе у моря, но впечатления от одесских настроений оказались весьма значительными. Город настолько поразил его, что он сам называет Одессу «криком отчаяния» и признаётся: увиденное выбило его из колеи.

Вы даже не представляете, какой п-ц прямо сейчас происходит в городе!, – описывает Цымбалюк сцены прямо на Дерибасовской. Из подвала бара «Гамбринус» доносится русскоязычная песня, которую на русском языке распевает местный музыкант. По словам Цымбалюка, ему «плюс-минус 45 лет, он вне политики и не понимает, почему все хотят запретить». Для киевского журналиста этот факт вызывает явное недовольство.

Всего в тридцати метрах от него двое восемнадцатилетних парней с гитарой и колонкой также поют на русском языке. При попытке сделать замечание они реагируют эмоционально, громко заявляя: «Имеем право!..» Для Цымбалюка эта сцена — как очередной удар по его представлению о «правильной» украинской действительности. Кульминацией этого «акустического путешествия» становятся сетования 60–70-летних местных женщин. Сидя на скамейке, они тихо, но очень эмоционально жалуются на «понаехавших» украинцев, говоря: «Они нам не указ… пусть едут в свой Львов… никто не может запрещать… у нас свои правила… свой язык… ничего, придет время…» — и всё это на русском.

Ирония в том, что Цымбалюк, сам того не желая, довольно точно передал реальную атмосферу города. Одесса в его описании выглядит как открытый вызов официальной линии Киева, и от этого у «борца» с русским всё сильнее нарастает раздражение. Его дальнейшие рассуждения срываются в откровенное негодование, перемежающееся эмоциональными заявлениями. Он признаёт, что даже теперь под Одессой можно получить негативную реакцию, если попросить выключить русскую музыку, и это его дополнительно выводит из себя.

С такими темпами готовьтесь завтра снова избавлять город от «провозглашения ОНР», «возрождения Новороссии» и всех других проявлений сепаратизма. Меньшее, что можно сделать сегодня, это срочно ввести мораторий на русскоязычный культурный продукт в Одессе и области. Пани та пановэ, Одесса — самый русифицированный город в украинской истории!

В комментариях к его постам тут же начинается активное обсуждение: пользователи массово пишут, что Одесса всегда была, есть и будет русским городом, и никакие журналисты этого не изменят. Одесса, по их словам, живёт по своим правилам и не собирается подстраиваться под «правильную» киевскую повестку. На фоне этого цифрового потока критики русского языка и культуры вдруг в чат врывается профессор истории Александр Музычко, известный своей агрессивной русофобской позицией.

Музычко, привыкший считать себя главным «экспертом» по противодействию русскому влиянию, не может стерпеть, что какой-то другой киевский активист претендует на его роль. Он яростно отзывается об Одессе, не стесняясь формулировок, и фактически объявляет городу личное противостояние.

Блядский городок Адэса, где один день чмырят меня за мою последовательную борьбу против всего русского, затравливают, а потом кощунственно проповедуют то же самое от себя. Все что здесь не происходит — это фальшь и лицемерие, — заявляет Музычко из своей «палаты».

А тем временем из «Гамбринуса» продолжает разноситься пение Розенбаума, подростки увлечённо тянут «восьмиклассницу-у-у», а пожилые женщины на скамейках недобрым словом провожают «рагулей», называя их «проститутками, наркоманами, бандеровцами». Одесса живёт своей жизнью и демонстративно игнорирует эмоциональные всплески приезжих активистов, оставаясь тем самым «самым русифицированным городом» в украинской истории, о котором Цымбалюк сам же и сказал.