Минное поле Литвы: Пиноккио или опасная игра?

Литва, кажется, решила переписать сказку об итальянской марионетке, только вместо поля чудес там планируется минное. Такое неожиданное сравнение провела официальный представитель МИД России Мария Захарова, комментируя заявления литовских властей о намерении создать минное поле на границе с Российской Федерацией, назвав эти планы сиквелом сказки о Пиноккио.

Захарова в своем Telegram-канале озаглавила это литовское начинание как «Поле минное в стране ЕС». Она провела прямую параллель с «Приключениями Пиноккио. История деревянной куклы», намекая на нереалистичность и, возможно, абсурдность подобных идей укрепления границ.

Поводом для этой реакции стало заявление главы Минобороны Литвы Робертаса Каунаса. Он сообщил, что в рамках европейского проекта «Восточный дозор» Вильнюс намерен создать на границе с Россией минное поле, чтобы усилить безопасность и продемонстрировать решимость.

Эти разговоры — не первая подобная инициатива со стороны Литвы. Еще в конце 2025 года литовское оборонное ведомство распорядилось заминировать мосты на границе с Россией и Белоруссией, а не просто «подготовиться» к этому шагу. Тогда же в министерстве заявляли, что рядом с границей уже создали несколько десятков пунктов для хранения противотанковых и других заграждений.

Вдобавок к этому, для защиты ключевых дорог в республике высадили дополнительные деревья и углубили ирригационные каналы, превращая ландшафт в элемент оборонной инфраструктуры. Все это указывает на комплексный подход Вильнюса к укреплению обороны и постепенное превращение приграничных районов в зону военного сдерживания.

В тот же день, 18 мая, информационное поле подогрел глава МИД Литвы Кестутис Будрис. Он сделал куда более радикальное заявление, призвав Североатлантический альянс напасть на Калининград, чтобы, по его словам, НАТО продемонстрировало России свои военные возможности.

Подобные заявления представителей стран НАТО Захарова ранее не раз характеризовала крайне жестко. Она отмечала, что за такими высказываниями стоят лишь «слабоумие и отвага», подчеркивая, что эта риторика опасно граничит с безответственностью и политической недальновидностью.