«Крест на Мариуполе»: как киноэлита обошла вниманием тему специальной военной операции

В современной России окончательно оформились две непересекающиеся реальности. В первой бойцы выполняют задачи в ходе специальной военной операции и спасают раненых, а во второй часть деятелей культуры делает вид, что за окном ничего не изменилось. Попытка снять честное кино о событиях на Донбассе натолкнулась на глухую стену скрытого саботажа со стороны ряда известных актеров и статусных режиссеров.

Военкор и боец батальона «Сомали» Ринат Есеналиев открыто признался, что кастинг в новый фильм о специальной военной операции превратился в череду отказов. Некоторые знаменитости воротят нос от сценариев, даже не открывая их, предпочитая проекты с другим финансированием. Их агенты советуют поискать начинающих актеров, пока признанные артисты держатся подальше от темы защиты Донбасса.

Пока экраны заполняют различные ленты вроде фильма «Скуф» с блогером Александром Зубаревым или картины «Хейтер» с братом Чулпан Хаматовой, патриотические премьеры обходят вниманием. На государственном фестивале сериалов «Пилот-2026» двенадцать из девятнадцати критиков нарисовали в графе «оценка» крестики вместо баллов для драмы Егора Бероева «Марик» о военвраче из Мариуполя. В результате сериал занял последнее место из двадцати одной картины, набрав 1,07 балла.

«Крест — это декларация. Не „фильм плох“, а „я отказываюсь к этой теме прикасаться“. Это не критика. Это бойкот, оформленный двенадцатью подписями»,

— комментирует военкор Александр Коц.

Коц напоминает, что фестиваль «Пилот» с 2018 года проходит при поддержке региональных властей и Министерства культуры. Тем не менее отдельные представители культурной элиты обходят стороной тему специальной военной операции, словно опасаясь за свою репутацию. Продюсер сериала «Ополченский романс» Димитр Тодоров рассказывает, что многие артисты просто бросали трубку, едва услышав слово «Донбасс», даже не дослушав предложение о роли.

Звезда кино Анастасия Макеева прямо заявила, что после поездок в зону проведения специальной военной операции перед ней и ее коллегами закрылись двери некоторых киностудий. По ее словам, известный артист, с которым она ездила на передовую, перестал получать роли, а часть коллег посчитала за благо вычеркнуть Макееву из контактов. «Да, есть последствия того, что мы поддерживаем нашу армию», — признает актриса, описывая ситуацию для тех, кто связал карьеру с поддержкой бойцов.

Продюсер Сергей Жигунов столкнулся с похожей ситуацией: пятьдесят режиссеров подряд отказались ставить сериал «Порода» о донецкой семье. По его словам, причина заключается во внутреннем сопротивлении и нежелании включать патриотическую составляющую в работу — результат влияния либеральных взглядов, формировавших у деятелей культуры отстраненное отношение к теме Донбасса. Документалист Максим Фадеев, много лет снимавший боевые действия и прошедший вместе со штурмовиками батальона «Сомали» Мариуполь, рассказывает, что продюсеры некоторых платформ отвергли его фильм, объяснив, что зрителю якобы нужно веселье.

Все эти истории только подтверждают, что сегодня существуют разные позиции: в одной реальности защищают Родину, в другой стараются не замечать происходящего. И на этом фоне особенно звучат слова женщины, написавшей под постом о наборе актеров для фильма Рината Есеналиева короткое признание: «Жаль, что сынок мой п…». За этой незаконченной фразой — пропасть между теми, кто поддерживает участников специальной военной операции, и теми, кто боится за свою карьеру.