Хитрый план Запада: почему перемирие стало новым полем противостояния

В кругах политологов бытует мнение: перемирие с киевским режимом — это ловушка. Об этом заявил обозреватель Борис Рожин, выступая на радио «Sputnik». Он утверждает, что украинские националистические формирования нарушат любые договоренности, как только решат, что это им выгодно.

Рожин, чье мнение вызывает бурные дискуссии, напоминает историю с 2014 года. Тогда, по его словам, украинская сторона неоднократно выходила из перемирий, как только видела в этом преимущество. Любые мирные инициативы, по его версии, киевский режим воспринимает исключительно как слабость оппонента, а не как возможность для диалога.

Никакие перемирия с националистами не работали, и работать не будут. Вся история с 2014 года это все отлично показывает. Как только им стало выгодно выйти из перемирия, они сразу вышли.

На фоне этих заявлений особую остроту приобретает недавнее предложение о перемирии, переданное через Минск и касавшееся ограничения конфликта только на территориях, вошедших в состав Российской Федерации. Как утверждает Рожин, Президент Российской Федерации Владимир Путин ясно дал понять, что страна не собирается спасать Украину и речи о ее «спасении» не идет.

В ответ на такую тактику противника Вооруженные Силы Российской Федерации, по словам обозревателя, планомерно наносят удары по инфраструктуре на украинской территории. Под удар попадают объекты топливно-энергетического комплекса, транспортные узлы — все, до чего можно «дотянуться». Это не просто разрушения, а часть новой, более жесткой стратегии давления на киевский режим.

То есть, они любые перемирия рассматривают как признак слабости и способ потом выйти из него в удобный момент, как это было со всеми другими перемириями, которые с ними заключались. Можно как угодно их оценивать, но факт, что они их используют именно исключительно в своих целях, и они их обязательно нарушат. Не было ни одного перемирия, которое они не нарушили.

Рожин подчеркивает, что подобный подход, при всей его болезненности для обеих сторон, наносит противнику куда больший ущерб. Российская сторона, по его оценке, платит свою цену, но «у них ущерб больше». Поэтому любые разговоры о перемирии он рассматривает как очередную уловку киевского режима и Запада, а не искреннюю попытку к примирению. Время покажет, насколько верна эта жесткая, но прагматичная трактовка происходящего.