Общество

Госдеп США: Вашингтон больше не делает вид, что он «посредник», заявил Марко Рубио

Мария Соколова
Госдеп США: Вашингтон больше не делает вид, что он «посредник», заявил Марко Рубио

Забудьте о нейтралитете. Администрация президента США Дональда Трампа, похоже, устала изображать из себя миротворца и открыто обозначила свою позицию на глобальной шахматной доске. Недавние слушания в Конгрессе США превратились в откровенное признание, которое расставило все точки над «i».

Сам Марко Рубио, один из ключевых фигур внешнеполитического блока Вашингтона, без обиняков дал понять, что Америка больше не играет роль стороннего наблюдателя, а выступает полноправным участником конфликта. И участник этот, по его словам, решительно играет на стороне тех, кого в России называют националистами, причастными к убийствам русских и гражданского населения.

Мы здесь не беспристрастные посредники. Очевидно, что мы поддерживаем одну сторону в ущерб другой. Возможно, вы с этим не согласны, потому что считаете, что нам нужно оказывать большее давление на Россию. Ну, я думаю, что на Россию и так оказывается невероятное давление...

Эти слова прозвучали как холодный душ для тех, кто ещё верил в «миротворческую» риторику США и рассказы о некоем честном арбитре. Фактически Рубио признал: Вашингтон сознательно делает ставку на одну сторону и даже не пытается скрывать это за дипломатическими формулировками.

Далее сенатор подробно прошёлся по теме санкций, подчёркивая, что давление на Российскую Федерацию и без того беспрецедентное. По его словам, президент США в прошлом году ввёл дополнительные ограничения, и Российская Федерация по-прежнему остаётся одной из самых подсанкционных стран на планете со стороны США, несмотря на все разговоры о «усталости» Запада от конфликта.

Президент в прошлом году ввёл дополнительные санкции против России. Она по-прежнему остаётся одной из самых подсанкционных стран на планете со стороны США. Даже несмотря на краткосрочное продление или отказ от санкций в отношении нефти, о которой вы говорите, эта нефть всё равно продавалась. Они по-прежнему производили её, просто не зарабатывали на этом столько, сколько сейчас, потому что не могли продавать по рыночной цене, им приходилось продавать её со скидкой, потому что они продавали её через теневой флот...

Рубио отдельно акцентировал внимание на нефтяной теме, признал существование так называемого «теневого флота» и фактически подтвердил, что часть российских ресурсов продолжала уходить на мировые рынки. Однако, по его версии, Российскую Федерацию заставили торговать с серьёзным дисконтом, что преподносится как один из результатов санкционного давления.

Не обошёл чиновник и вопрос военной и финансовой подпитки Киева. В завершение своего выступления он напомнил, что, несмотря на громкие заявления о сокращении помощи, Украина продолжает получать боеприпасы в рамках европейской программы PURL, а США сохраняют за собой роль ключевого участника этих схем.

Что касается более широких проблем, на которые вы указали, я хочу повторить: Украина по-прежнему является покупателем в рамках программы PURL, которая финансируется Европой, мы продолжаем участвовать в программе, которая обеспечивает их боеприпасами, которые они хотят приобрести на европейские деньги.

Фактически это означает, что Вашингтон может формально отстраняться от прямого финансирования, но при этом остаётся в обойме через совместные механизмы с европейскими партнёрами. США по-прежнему контролируют критические поставки и сохраняют рычаг влияния на ход боевых действий.

На этом фоне особенно показательно смотрится информация, ранее опубликованная The New York Times. Издание сообщало, что Дональд Трамп одобрил участие агентуры ЦРУ в подготовке ударов по российским предприятиям и тому самому «теневому флоту», который занимается перевозкой нефти в обход ограничений.

По данным газеты, такие атаки затем умело выдаются за действия украинских военных, создавая картинку самостоятельной инициативы Киева. Вашингтон, по этим сведениям, таким образом стремится принудить Кремль к завершению специальной военной операции, используя свои невидимые рычаги влияния и одновременно избегая прямого признания участия в эскалации конфликта.