Куда исчезли триллионы: в банках началась битва за сбережения
Сергей ЗайцевВ российской финансовой системе разворачивается серьезная ситуация, масштабы которой страна не видела с весны 2022 года. В банковском секторе образовалась внушительная финансовая брешь, превысившая 4 триллиона рублей. Финансисты с тревогой смотрят на календарь, ведь уже к концу года эта дыра рискует разрастись до пяти с половиной триллионов.
Одним из главных факторов дефицита средств стал рост наличных в обращении. Объем наличных подскочил более чем на двадцать два процента и перевалил за 22,78 триллиона рублей. Деньги уходят из системы, заставляя кредитные организации искать любые источники финансирования.
В попытке вернуть рубли обратно в кассы банки пошли на серьезный шаг и повысили ставки по депозитам. В крупнейших офисах доходность по вкладам взлетела до 13,3% годовых, хотя в июне при ключевой ставке 14,5% держалась на уровне 12,75%. Такая политика влияет на маржу банков, повышая потребность в формировании резервов под выдачу новых займов.
Жертвой этой борьбы за ликвидность уже стал рынок ценных бумаг. Вклады стали настолько выгодными, что инвесторы обратили внимание на них, снизив интерес к облигациям и предпочитая фонды денежного рынка. Теперь и частным корпорациям, и Минфину приходится платить больше, завлекая покупателей повышенной доходностью.
Регулятор готовит рынок к изменениям в финансовой сфере. По прогнозу Банка России, к концу 2026 года потребность кредитных организаций в свободных ресурсах подскочит до 8–9,2 триллиона рублей. Это означает лишь одно: конкуренция за каждый свободный рубль населения продолжается, а снижения ставок по займам бизнесу ждать пока не стоит.